Новости Узбекистана | 25 августа 2026 | Информационный дайджест

Важное. Судебный процесс над блогером дошёл до стадии оглашения приговора и внезапно обнулился — слушания начнут заново. Стартовал новый цикл обновления школьных стандартов — реформа 2021 года так и не была доведена до конца. Один экономист задаётся вопросом: зачем статистика скрывает покупателей золота и урана. Другой — предупреждает о новом случае: прибыльный актив строят на бюджетные деньги, а потом «дарят» частной монополии. 

Полезное. Тариф на передачу электроэнергии может вырасти на 30% — обсуждают переход на новую методику расчёта доходности сетей. В Узбекистан заходит азербайджанская SOCAR: многие рассчитывают на подешевевший бензин, но получится ли, вопрос открытый. 

Интересное. Ташкент и Астана уже налаживают экологический мониторинг вокруг будущих атомных станций, хотя параметры второй узбекской АЭС ещё не определены. С 1 сентября запускается система «Открытый банкинг» — банки и финтех-компании получат доступ к данным клиентов через общие API, а в ЦБ уже прогнозируют волну поглощений на рынке. Аналитика Мохият разбирает, как власти совмещают показательную макроэкономику для внешних кредиторов с закрытыми налоговыми офшорами.

1. Государство и право

Ротация вместо приговора

Судью Санжара Расулова, который вёл дело блогера Сирожиддина Адилова, повысили до председателя коллегии по уголовным делам Навоийского областного суда. Дело возбудили в марте 2026 года по заявлению от августа 2024-го — изначально по статьям о мошенничестве и даче взятки, квалификацию позже изменили. По закону смена судьи означает пересмотр с нуля: рассмотрение начинается заново, хотя стороны уже прошли прения и заслушали последнее слово подсудимого, адвокатам предстоит заново опросить десятки свидетелей. Защита просит перевести Адилова под домашний арест: он в СИЗО больше полугода, здоровье ухудшается. До ареста блогер освещал дело экс-начальника ОВД Фуркатского района, осуждённого по делу Гулирано Косимовой.

Журналист Илёс Сафаров считает: подобные случаи подрывают декларируемые государством реформы и доверие к независимости судебной системы.

Правозащитник Абдурахмон Ташанов, посетивший Адилова в джизакском СИЗО, считает кадровые ротации судей без учёта незавершённых дел системной проблемой — и приводит похожий случай: судья Мирзо-Улугбекского районного суда Санжар Абдуганиев тоже прервал процесс без приговора при переходе в другой район, подсудимого позже оправдали в апелляции. По мнению Ташанова, при вынужденном затягивании суда из-за смены судьи мера пресечения должна автоматически смягчаться до домашнего ареста.

2. Экономика и финансы

Дуальная архитектура: витрина для МВФ, офшор для своих

Mohiyat анализирует двухтрековую институциональную архитектуру, которую выстраивает правительство.

Первый трек — публичная приверженность ортодоксальным макропоказателям и валидация со стороны МВФ как сигнал для внешних кредиторов: на Silk Road Finance & Technology Forum вице-премьер Джамшид Кучкоров обозначил цели на 2027 год — снизить инфляцию до 5% с нынешних 6,5%, удержать дефицит бюджета ниже 3% ВВП и госдолг на уровне около 27% ВВП, а глава ЦБ Тимур Ишметов анонсировал переход на Basel III и МСФО и либерализацию счёта движения капитала.

Второй трек — эксклюзивные регуляторные анклавы внутри страны: Ташкентский международный финансовый центр (ТМФЦ) с независимым регулятором, английским правом, свободным оборотом цифровых активов и валюты и освобождением от налога на прибыль и соцналога до 2076 года (цель — $25 млрд инвестиций к 2031-му), а также зона Enterprise Uzbekistan для иностранных ИИ-компаний с тем же режимом общего права и льготами — заточенная на обход внешних геополитических барьеров. По мнению Mohiyat, именно институционализация таких анклавов фиксирует отказ государства от модернизации национальной правовой и налоговой базы в целом.

Та же двухтрековость, отмечает Mohiyat, действует в валютной политике: заявленный переход к плавающему курсу сума структурно держится на стерилизации золотой ренты — ЦБ продаёт валюту, чтобы стерилизовать сумовую ликвидность от собственной монопольной скупки золота у отечественных производителей.

Государство становится игроком и в финтехе, не только регулятором: ЦБ запускает Инновационный хаб, венчурный фонд и цифровой сум (CBDC) в рамках стратегии до 2030 года с целью привлечь $1 млрд — что, по оценке Mohiyat, вытесняет частную инициативу в секторе.

Дизтопливо: обвал импорта в 19 раз

На Silk Road Finance & Technology Forum глава ЦБ Тимур Ишметов заявил, что мировой рост цен на нефть и продовольствие пока не задел узбекскую экономику напрямую, но регулятор переходит от простого управления рисками к устойчивости перед внешними шоками — готовит защитные буферы на случай вторичных эффектов и держит сценарии действий и на понижение, и на повышение инфляции. Одновременно статистика фиксирует: в июне импорт дизтоплива обвалился почти в 19 раз к маю, керосина — в 12,5 раза, бензина — на треть, а средние импортные цены продолжают расти из-за нестабильности на Ближнем Востоке.

Золото: минус $500 — минус $1 млрд

На форуме директор S&P Global Ratings Роман Рыбалкин предупредил о риске падения мировых цен на золото в 2027–2028 годах: снижение котировок на $500 означает потерю для бюджета почти $1 млрд налогов и дивидендов горнодобывающих компаний, а поступления по текущему счёту могут снизиться примерно на 1% ВВП. По его оценке, именно высокие цены на золото в последние годы позволяли Узбекистану удерживать дефицит текущего счёта и в 2025 году резко — на $3,43 млрд — нарастить госрасходы. Среди дополнительных региональных рисков он назвал ухудшение рынков труда стран-доноров трудовых мигрантов, подорожание продовольствия и топлива, а также дефицит осадков, угрожающий импорту гидроэнергии из Таджикистана и Кыргызстана.

Экспорт: 44,9% — «другие страны»

Экономист Юлий Юсупов обратил внимание на резкий рост экспорта в Азербайджан в 2025 году — с $211,6 млн до $719 млн, почти целиком за счёт золота на $508 млн, которое эта страна раньше у Узбекистана не покупала. При этом Комитет по статистике относит 44,9% всего национального экспорта к обезличенной категории «другие страны», скрывая, в частности, покупателей золота и урана. Юсупов считает такую секретность бессмысленной: те же данные легко найти в открытой статистике стран-импортёров, которые публикуют собственные данные о закупках, — сокрытие лишь вредит инвестиционной привлекательности.

Банки и финтех: кто кого купит

Технология Open Banking запускается в Узбекистане с 1 сентября 2026 года по указу президента от ноября 2025-го: участники рынка получат возможность обмениваться банковскими и платёжными данными клиентов через открытые API — с согласия самих клиентов. На том же форуме глава ЦБ Тимур Ишметов и исполнительный директор GFTN Сопненду Моханти обсудили ожидаемую консолидацию сектора: рост расходов на комплаенс подтолкнёт небольших игроков к продаже технологий или объединению с банками, а традиционные банки будут покупать финтех-стартапы — не исключено и обратное. Ишметов также ожидает, что конкуренция с финтех-продуктами заставит сами банки повышать эффективность. Итоговая цель регулятора — единый скоординированный финансовый рынок с более дешёвыми продуктами.

Тадбиркор: снова как Хумо?

Экономист Отабек Бакиров предупреждает: планы по приватизации недавно запущенной цифровой платформы tadbircore.uz рискуют повторить сценарий платёжной системы Humo. Humo создавалась в 2018 году под лозунгом защиты национальных интересов, но в 2024-м, вопреки прежним обещаниям, была изъята у Центрального банка и передана на приватизацию. По мнению Бакирова, с tadbircore.uz происходит то же самое: платформу разрабатывают на деньги налогоплательщиков и колоссальные государственные ресурсы, а как только за один-два года она выходит на высокую рентабельность, её передают частному сектору, который в создании не участвовал, — так вместо конкурентного рынка формируется частная эксклюзивная монополия. Он считает, что приватизацию проектов Главного центра информатизации нужно законодательно ограничить или остановить — тем более что регулятором финтеха выступает сам Центральный банк.

3. Отраслевая экономика

RAB-тарифы: сети — плюс 30%

На Silk Road Finance & Technology Forum гендиректор по Центральной Азии Templeton Global Investments Мариус Дан заявил о необходимости либерализовать тарифы на электроэнергию и полностью внедрить RAB-регулирование — доходность на вложенный капитал — с чёткой законодательной базой до конца 2026 года. Компания управляет Национальным инвестиционным фондом Узбекистана (UzNIF), которому переданы госпакеты энергомонополий: 40% в сетях и газораспределении, 25% в ТЭС. По словам Дана, рост населения, цифровизация и развитие ИИ увеличат нагрузку на сети вплоть до риска блэкаутов. Минэкономфин анонсировал внедрение RAB ещё в мае — раньше, по данным BCG (октябрь 2025), это планировалось на 2027–2028 годы. Ожидаемый рост тарифов по цепочке: генерация — на 9%, передача — на 30%, распределение электроэнергии — на 10%, газа — на 23%; расходы сверх тарифа для населения покроет бюджет. Заявленная норма доходности (WACC) — 14–16% после налогов.

Дата-центры: стабильность — вопрос №1

Стабильность электроснабжения остаётся главным вопросом иностранных инвесторов при обсуждении строительства дата-центров в Узбекистане — об этом на том же форуме заявил руководитель Департамента цифровизации и ИИ Администрации президента Бобур Ходжаев. Власти рассчитывают решить проблему за счёт локализации дата-центров в Каракалпакстане, где инвесторы уже возводят солнечные и ветровые станции; по словам Ходжаева, свыше 30% выработки электроэнергии в стране уже приходится на зелёную энергетику. В дискуссии участвовал и директор S&P Global Ratings Роман Рыбалкин: он связал растущий спрос на энергию с необходимостью развития атомной генерации в Центральной Азии, упомянув строящуюся АЭС в Джизакской области и планы Казахстана, и отметил ведущую роль инвесторов из стран Персидского залива в развитии ВИЭ региона.

SOCAR: дешевле не будет

Предприниматель Фируз Аллаев объясняет, почему приход в Узбекистан сети АЗС азербайджанской SOCAR и свободный импорт топлива не опустят цены до уровня Казахстана, Туркменистана или Ирана. По его словам, дешёвое топливо у соседей — не рыночная цена, а политическое решение продавать его ниже себестоимости за счёт местных налогоплательщиков, и оно не распространяется на экспорт в Узбекистан. В качестве примера Аллаев приводит внутренний рынок электроэнергии: при себестоимости 1100 сумов государство продаёт её населению по 650 (до 200 кВт), но не станет экспортировать по такой цене в Кыргызстан. Продажа ниже себестоимости, считает он, ведёт к дефициту и деградации инфраструктуры из-за нехватки инвестиций; либерализация нужна именно как путь к конкуренции и адекватному ценообразованию, а роль государства — сводиться к контролю качества и сбору налогов.

4. Инфраструктура и среда

АЭС: Узбекистан и Казахстан наладят мониторинг

The Times of Central Asia сообщает, что 21 августа в Ташкенте представители Узбекистана и Казахстана утвердили ключевые направления сотрудничества и дорожную карту в области радиационной безопасности и экологического контроля строящихся и планируемых АЭС — мониторинг воздуха, почв, радиационного фона, подземных и поверхностных вод. Делегации также обсудили механизм обмена данными и трансграничные водные риски систем охлаждения реакторов — тема, чувствительная для общих речных бассейнов Центральной Азии, — и узбекская сторона предложила создать региональный учебный центр для подготовки кадров атомной отрасли. Встреча прошла через четыре дня после того, как 17 августа президент Шавкат Мирзиёев объявил о подготовке к строительству второй атомной станции в стране; её параметры, площадка, технологический партнёр и график по-прежнему официально не раскрыты.

Первая узбекская АЭС строится в Фаришском районе Джизакской области: контракт 2024 года с «Росатомом» на шесть малых реакторов РИТМ-200Н пересмотрен в пользу интегрированной площадки мощностью 2,1 ГВт — два блока ВВЭР-1000 и два РИТМ-200Н; первый бетон залили 4 июня 2026 года, полный ввод комплекса намечен на 2035 год. Казахстан свою первую АЭС уже строит консорциумом во главе с «Росатомом» у посёлка Улькен на Балхаше — проект одобрен на референдуме в октябре 2024 года, партнёром по второй станции выбрана китайская CNNC, а стратегия развития отрасли (апрель 2026) предполагает не менее трёх станций к 2050 году.

5. Социальная сфера

О новом витке реформы школьных стандартов

Министерство дошкольного и школьного образования и Республиканский центр образования вынесли на 15-дневное общественное обсуждение (с 20 августа) пересмотренные проекты государственных образовательных стандартов и учебных программ для 1–11 классов — реформу разбирает Комил Джалилов. По его данным, новый цикл обновления фактически хоронит недоделанную Национальную учебную программу 2021 года: её внедрение должно было завершиться к сентябрю 2024-го, но было прервано ещё в 2023 году при переходе на сингапурские учебники, и с тех пор в школах используют несовместимые друг с другом учебники разных лет издания. Новые стандарты строятся на универсальном дизайне обучения (UDL), спиралевидном подходе и трёхуровневой модели компетенций (ценности, мягкие навыки, предметные навыки): сокращаются часы на родной язык, литературу и информатику (до 13) и физкультуру (до 19), растут — на естественные науки (в 1–6 классах с 9 до 13) и иностранные языки; астрономию вливают в физику, алгебру и геометрию — в единую математику, экономические предметы объединяют в курс «Экономика и бизнес». Недельная нагрузка в 8–9 классах вырастет до 35–36 часов, в 10–11-х — упадёт до 29.

Другой пласт того же пакета — проект Национальной учебной программы, готовившийся два года при участии 177 специалистов и вынесенный на обсуждение с 18 августа. Разбирая предмет «Основы государства и права» для 8–9 классов, историк Джалол Болтаев и Комил Джалилов обнаружили, что заявленный упор на мягкие навыки и критическое мышление здесь не подтверждается: из 52 учебных целей 45 сводятся к теоретическому заучиванию, а 16 — к репрессивной стороне права (наказания, сроки, штрафы), тогда как практическим навыкам — обращению в суд, работе с адвокатом, защите прав потребителя — уделено минимальное внимание. По их оценке, программа готовит из ребёнка будущего специалиста по кодексу и потенциального нарушителя закона; образ гражданина, разбирающегося в своих правах, в этой логике почти не проступает — вместо правовой культуры формируется страх перед государством.

Актуальные выпуски Manzara публикуются ежедневно в закрытом Telegram-канале. Подписка через Tirikchilik / taps:

---

Информационный дайджест Manzara: новости Узбекистана – только важное, полезное и интересное

Telegram-канал дайджеста

Теги: энерготарифы, правосудие, образование, золото, АЭС, финтех