«Узбекистан: Контекст» | 15 сентября 2025 года | Аналитический дайджест
Состояние общественных пространств — от городских туалетов до уникальных научных объектов — является точным барометром эффективности государственного управления. Публикации в СМИ рисуют тревожную картину: страна систематически теряет или доводит до деградации ценнейшие активы, не приносящие прямой коммерческой выгоды. Речь идет не о единичных случаях бесхозяйственности, а о системном сбое, в основе которого лежат хроническое недофинансирование, бюрократический паралич и отсутствие долгосрочного видения.
На примерах отчаянно запущенного исторического кладбища, отсутствующей базовой инфраструктуры и уникальной обсерватории, которой угрожает непродуманный туризм, вырисовывается диагноз: государство не научилось управлять сложными, некоммерческими общественными благами.
1. От повседневного к вечному: инфраструктура и память
Кризис проявляется на всех уровнях, начиная с самого базового — повседневного комфорта и человеческого достоинства. Журналист Толиб Хакимов в своем материале для ishonch.uz поднимает, на первый взгляд, «неудобную» тему — практически полное отсутствие общественных туалетов в Нурафшоне, административном центре столичной области. Он подчеркивает, что это не «мелочь», а вопрос международного уровня (существует даже Всемирный день туалета, утвержденный ООН). Проблема вскрывает классический разрыв: существуют четкие Санитарные правила и нормы, предписывающие наличие туалета в радиусе 700-1000 метров, но в реальности их просто нет. Инициатива Госкомтуризма по улучшению ситуации, запущенная еще в 2018 году, по словам автора, не дала «никаких заметных изменений».
Если отсутствие туалетов — это провал в обеспечении настоящего, то состояние самаркандского кладбища «Биродарлик» («Братское») — это пренебрежение прошлым. В своем репортаже для «Самаркандского Вестника» журналист Анастасия Павленко описывает исторический некрополь, где похоронены люди разных эпох и национальностей, как место, заросшее сорняками и заваленное мусором. Проблемы здесь носят глубоко системный характер:
- Хроническое недофинансирование: На 12 гектаров территории приходится всего 4 сотрудника (вместо 11 до 2010 года), так как Минфин не выделяет ставки для «закрытого» кладбища.
- Управленческий паралич: Старые частные ограды, установка которых запрещена постановлением Кабмина №101 еще с 2011 года, делают невозможной уборку и создают пожарную опасность. Но снести их власти не могут, боясь нарушить права собственности.
- Реактивный стиль управления: Заметные улучшения (новый забор, начало ремонта туалета) начались только после официальных запросов от гражданских активистов из группы «Сохраним Самарканд».
2. Конфликт интересов: когда «развитие» угрожает уникальности
Если в предыдущих случаях проблема заключалась в пренебрежении и бездействии, то в ситуации с уникальной высокогорной обсерваторией Майданак — в непродуманном и потенциально разрушительном «развитии». Как рассказывает в своем репортаже для Gazeta.uz Отабек Турдиев, этот научный центр с одним из лучших в мире астроклиматов оказался под угрозой из-за строительства крупной туристической зоны на прилегающей территории.
История парадоксальна: бывшая военная часть комплекса, от которой в свое время отказалась Академия наук из-за банальной нехватки средств на содержание, была передана Комитету по туризму. Теперь там идет активное строительство, которое создает для ученых экзистенциальные риски:
- Световое загрязнение: Искусственное освещение от туристических объектов может сделать невозможными наблюдения за тусклыми объектами дальнего космоса, ради которых в Майданак и едут ученые со всего мира — от США до Китая.
- Загрязнение воздуха: Смог от городов, по словам ученых, уже сейчас сокращает количество ясных ночей для наблюдений, поднимаясь на высоту до 2000 метров, а массовый туризм лишь усугубит эту проблему.
История Майданака — это классический пример того, как в отсутствие внятной государственной стратегии краткосрочные коммерческие интересы (туризм) побеждают долгосрочные, некоммерческие, но стратегически важные активы (фундаментальная наука).
3. Системный диагноз: «Два хозяина» и бесхозное наследие
Все эти частные случаи являются симптомами одной большой болезни, которую в своем большом и резком интервью для журнала «Тафаккур» диагностирует патриарх узбекской археологии, 90-летний академик Ахмадали Аскаров. Его слова — это обвинительное заключение всей системе управления культурным наследием.
Академик приводит шокирующую статистику: из 15 000 археологических памятников, существовавших в Узбекистане в 1970-е годы, сегодня сохранилось лишь около 5 000. Остальные были уничтожены сначала при освоении земель под хлопок в советское время, а затем в результате незаконной застройки и разграбления в годы независимости. Главными виновниками он называет Агентство культурного наследия и местные хокимияты, которые не могут поделить ответственность.
«Самое печальное, что у одного объекта по закону два хозяина (местный хокимият и агентство культурного наследия). В результате археологический объект скитается между двумя хозяевами, как беспризорный»
В качестве примера этого бюрократического паралича Аскаров приводит свою шестилетнюю безуспешную борьбу за создание музея на базе памятника Учтепа-2 в Наманганской области, на который уже выделены государственные деньги. Он с горечью констатирует, что 2300-летний Шоштепа в Ташкенте до сих пор не стал музеем и продолжает незаконно застраиваться, а власти «не издают ни звука».
Резюме
Кладбище, туалет, обсерватория, древнее городище — на первый взгляд, это совершенно разные истории. Но их объединяет одно: все они являются общественными благами, ценность которых не измеряется сиюминутной прибылью. И именно с управлением такими активами у государства возникают системные проблемы. В отсутствие сильных, независимых институтов, способных защищать долгосрочные общественные интересы, побеждает либо полное безразличие (как в случае с кладбищем), либо примитивная коммерциализация (как в случае с обсерваторией).
В результате страна медленно, но верно утрачивает то, что составляет ее уникальность — от повседневного комфорта до исторической памяти и научного потенциала.
Поделитесь мнением