Uzcard и Humo — национальные карточные платёжные системы Узбекистана. Через их инфраструктуру банки обрабатывают платежи по выпущенным ими картам, обеспечивают приём оплаты в торговых точках, снятие наличных и переводы между клиентами. Операторами выступают соответственно Единый общереспубликанский процессинговый центр (ЕОПЦ) и Национальный межбанковский процессинговый центр (НМПЦ). Банк ведёт счёт клиента, оператор поддерживает правила и технологическую сеть, а Центральный банк регулирует отрасль и обеспечивает межбанковские расчёты.

Такое устройство сложилось за два десятилетия. Карточный рынок прошёл путь от единой системы процессинга и офлайновых чиповых карт к онлайн-операциям, двум национальным сетям, бесконтактному транспорту, массовым переводам через приложения и оплате с телефона. На отдельных этапах развитие технологий опережало доступность наличных, качество обслуживания и правовое оформление новых способов расчёта. Поэтому история Uzcard и Humo одновременно объясняет устройство современной системы и специфические особенности повседневных платежей в Узбекистане.

Основные этапы

Период	Изменение	Что это изменило
1995–1996	Введение электронной системы межбанковских платежей Центрального банка	Банковские расчёты получили электронную основу, предшествовавшую массовому карточному рынку.
2004	Создание ЕОПЦ и общей сети Uzcard	Карты разных банков начали обслуживаться в единой национальной инфраструктуре.
2011–2017	Переход от офлайновых карт DUET к онлайн-операциям и развитие мобильных сервисов	Ускорилась авторизация; карта стала использоваться не только при получении социальных и зарплатных выплат.
2018–2019	Сбой Uzcard, создание НМПЦ, запуск Humo и принятие закона о платежах	Появилась вторая национальная сеть, а правила деятельности операторов получили законодательную основу.
2020–2024	Лицензирование, развитие NFC, транспорта, банкоматной и терминальной совместимости; преобразование операторов в АО	Расширились сценарии использования и взаимодействие сетей; изменилась организационно-правовая форма операторов.
2025–2026	Дальнейшее развитие приложений, QR, кобейджинга и мобильных кошельков; изменения в собственности операторов	Карточная сеть стала одним из нескольких технологических уровней цифрового платежа.

* Таблица объединяет институциональные и технологические изменения; ключевые вехи установлены по истории платёжных систем Центрального банка, постановлению о ЕОПЦ, сообщению Humo о первых картах и закону № ЗРУ-578.

От межбанковских расчётов к единому карточному рынку

Как следует из истории платёжной системы Центрального банка, электронная система межбанковских платежей внедрялась в 1995–1996 годах. Она обеспечивала движение расчётных документов и денег между банками. Розничные карточные операции позднее получили собственную инфраструктуру, связанную с банковскими счетами и межбанковскими расчётами.

В 2004 году постановление Кабинета Министров № 445 стало институциональной основой Единого общереспубликанского процессингового центра. ЕОПЦ объединил участников рынка вокруг общей обработки карточных операций. Банк получил возможность обслуживать карты других банков через национальную сеть, а покупатель — расплачиваться в подключённых к ней торговых точках.

Первые поколения Uzcard использовали технологию DUET. Часть платежей выполнялась офлайн: карта и терминал обрабатывали информацию без обращения к банковскому серверу при каждой покупке. Это помогало там, где связь была ненадёжной, хотя обновление остатков и контроль операций усложнялись. В 2010-х банки и ЕОПЦ переходили к онлайн-картам и платформам со стандартами EMV.

EMV определяет стандарт взаимодействия чиповой карты с платёжным оборудованием; онлайн-авторизация предусматривает получение ответа на запрос по конкретной операции; процессинговый центр организует обмен и обработку платёжных сообщений. Это самостоятельные уровни одной операции.

Технологический переход шёл поэтапно, поэтому разные поколения карт и терминалов некоторое время сосуществовали.

«Зарплатный пластик», наличные и двойные цены

Расширение эмиссии карт в 2000–2010-х годах было связано в том числе с перечислением зарплат, пенсий и социальных выплат. Но денежные средства на банковском счёте и доступность способов их потратить зависели от наличности в банковской системе, терминальной сети и готовности торговцев принимать карты. В результате карта широко использовалась для зачисления дохода, оставаясь ограниченным средством повседневной оплаты.

В середине 2010-х возник рынок неформального «обнала»: держатели карт обменивали безналичный остаток на наличные с удержанием части суммы. Торговцы назначали разные фактические цены при оплате наличными и «пластиком». В ретроспективе Kun.uz описаны случаи удержания 10–20% при обналичивании и надбавок при расчётах картой.

Проблемы фиксировались и официально: постановление президента № ПП-2753 от 2 февраля 2017 года указывало на необоснованный перевод выплат на карты, нехватку терминалов и трудности с получением наличных. Реформы 2017–2018 годов изменили условия обращения денег: одновременно принимались решения в сфере наличного обращения, валютного рынка и банковского обслуживания.

Поэтому развитие карточной инфраструктуры следует оценивать не только по количеству выпущенных карт. Доступность средств для клиента определяется также тем, принимает ли продавец карту, работает ли терминал и можно ли снять наличные на понятных условиях. Соотношение наличных и безналичных платежей менялось, но доступность услуг и сегодня различается по населённым пунктам, типам торговых точек и используемым технологиям.

Появление Humo и развитие бесконтактной оплаты

В сентябре 2018 года программный сбой в Uzcard вызвал масштабные ограничения карточных операций. В сообщении Центрального банка говорилось о нарушениях работы терминалов и банкоматов и необходимости повысить устойчивость инфраструктуры. 19 сентября 2018 года было принято постановление президента № ПП-3945 о создании Национального межбанковского процессингового центра. В числе задач назывались бесперебойность платежей, новые технологии и конкуренция.

В мае 2019 года начался выпуск карт Humo. НМПЦ сообщал, что карты и торговые терминалы новой системы оснащаются технологией NFC. Держатель мог расплачиваться касанием совместимого терминала; правила подтверждения и лимиты операций определялись условиями обслуживания.

Одним из наиболее заметных сценариев стала оплата городского транспорта. 7 августа 2019 года, согласно сообщению Humo, начался пилот бесконтактной оплаты в Ташкентском метрополитене. Позднее банковские карты включались в систему оплаты проезда ATTO. Для пассажиров это сделало оплату касанием привычной частью повседневных поездок.

Uzcard тоже развивала бесконтактные решения: по сообщению оператора, с 2022 года выпускались карты серии 5614 с поддержкой NFC. В отличие от более ранних карт серии 8600, они позволяли оплачивать покупки касанием. Так две сети внедряли бесконтактные технологии в разной последовательности.

Кто участвует в карточном платеже

За видимым пользователю действием — приложить карту, нажать «Оплатить», подтвердить перевод — стоят организации с разными правовыми статусами и задачами.

Участник	Функция	Пример или уточнение
Банк-эмитент	Выпускает карту, открывает и обслуживает счёт, отвечает за операции в отношениях с клиентом	Банк, в котором клиент получил карту Uzcard или Humo
Банк-эквайер	Подключает продавца к приёму оплаты, обслуживает терминал или интернет-эквайринг и рассчитывается с продавцом	Банк торговой точки
Оператор платёжной системы	Устанавливает правила сети, организует обмен платёжными сообщениями и процессинг	ЕОПЦ (Uzcard), НМПЦ (Humo)
Платёжная организация	Небанковское юридическое лицо с лицензией Центрального банка на оказание платёжных услуг: приём и проведение платежей, сервисы через приложения и агрегаторы	Например, юридические лица под брендами Click, Payme и Paynet; статус конкретной компании проверяется по реестру ЦБ
Центральный банк и расчётная инфраструктура	Регулирование, надзор, межбанковский клиринг и расчёты в пределах собственной инфраструктуры	Центральный банк Республики Узбекистан

Роли участников определены законом «О платежах и платёжных системах» № ЗРУ-578 от 01.11.2019 г. В приложении пользователь взаимодействует с интерфейсом, а услугу оказывает банк или платёжная организация. В крупных экосистемах могут одновременно действовать коммерческий банк — например, АО «Uzum Bank» — и отдельные небанковские компании. Их разрешённые операции зависят от юридического статуса; для проверки служит реестр платёжных организаций ЦБ.

Что происходит при покупке

При типовой онлайн-оплате терминал продавца или платёжный шлюз направляет запрос через обслуживающий банк и карточную сеть к стороне, которая может подтвердить операцию по карте. После проверки доступности средств и других условий банк-эмитент или уполномоченная сторона возвращает ответ. Эта стадия называется авторизацией — подтверждением возможности провести операцию.

Затем информация об операциях используется для клиринга — определения взаимных обязательств банков. После него исполняются межбанковские расчёты. Клиринговая система Центрального банка обеспечивает расчётную инфраструктуру для операций по картам Uzcard и Humo. Деньги за покупку перечисляет продавцу банк-эквайер в порядке и сроки, установленные договором.

Точная схема зависит от вида операции — покупки в магазине, интернет-платежа, перевода между картами или снятия наличных. Это объясняет, почему при возникновении проблемы держатель карты обычно обращается в банк или к поставщику сервиса, продавец — к своему эквайеру, а оператор процессинговой сети участвует в разборе операций по правилам системы.

Почему переводы с карты на карту стали самостоятельным рынком

P2P (person-to-person) — перевод денежных средств между физическими лицами, в местной практике обычно инициируемый через банковское или платёжное приложение с использованием карточных реквизитов. Его массовость связана с широким распространением национальных карт и мобильных сервисов. Click, Payme и другие поставщики сделали переводы доступными без обращения в отделение банка; при этом сами приложения могут опираться на карточные сети и счета разных банков.

В Узбекистане распространилась практика, когда продавец или исполнитель просит покупателя перечислить деньги на личную карту. С формальной точки зрения это P2P-перевод, с экономической — расчёт за товар или услугу. Причина понятна на уровне одного платежа: при торговом эквайринге комиссию банку обычно платит продавец, а выручка поступает на расчётный счёт бизнеса; при P2P комиссию за отправку, если она предусмотрена, нередко оплачивает покупатель, а деньги поступают на личную карту получателя. Использование личного счёта позволяет обходить обычный маршрут учёта торговой выручки и сопровождающие его процедуры. Эта асимметрия описана, в частности, в исследовании ПРООН о неформальной экономике Узбекистана.

Налоговые органы выявляли использование личных карт работников и руководителей для получения торговой выручки, которая затем не полностью отражалась в учёте. Контроль таких случаев требует различать оплату предпринимательской деятельности и личные переводы. Разъяснения на портале Минюста и Налогового комитета за июль 2026 года связывают возможные налоговые последствия с характером дохода или хозяйственной операции, а не с самой формой перечисления между физическими лицами.

Отдельную роль играет цена перевода. Её устанавливает банк или платёжный сервис; условия зависят от карт, банков и способа отправки. В обзоре финансового сектора Узбекистана за 2025 год Всемирный банк отмечал, что комиссия за P2P в национальных карточных сетях могла достигать 1% суммы.

Мобильные переводы расширили использование карт за пределами кассового терминала и создали массовый рынок платёжных приложений. Параллельно возникла практическая задача: учитывать выручку бизнеса при сохранении обычных личных перечислений между гражданами.

Как карта привязывается к телефону и оплачивает интернет-покупку

Для работы со сторонними платёжными приложениями в Узбекистане долгое время важна была привязка карты к номеру мобильного телефона. В распространённом сценарии держатель подключает SMS-информирование в банке или банкомате, вводит реквизиты карты в приложении и подтверждает её подключение кодом на зарегистрированный номер. Такая схема описана в инструкции Click; зависимость подключения от SMS-сервиса также отражена в техническом сообщении Uzcard.

Согласно описанию SMS-информирования Uzcard, услуга позволяла уведомлять владельца о проведённых операциях; привязанный номер использовался также для подтверждения подключения карты или отдельного действия через одноразовый код (OTP). Плата за сообщения зависела от банка, сервиса и мобильного оператора. Позднее распространились другие способы подтверждения и уведомлений, в том числе внутри банковских приложений.

В интернет-эквайринге национальные карты также имели собственный технологический маршрут. Для многих обычных карт Uzcard и Humo не предусматривался код CVV/CVC; местные интернет-платежи обрабатывались через специализированный шлюз с подтверждением одноразовым кодом или другой банковской процедурой. Поэтому стандартная форма зарубежного магазина, принимающая только Visa или Mastercard с CVV/CVC, часто не подходила для таких карт. Эти способы работы описаны в документации платёжного интегратора и инструкции по банковским картам Узбекистана.

В кобейджинговых, виртуальных и токенизированных продуктах используются иные способы передачи реквизитов и подтверждения. Конкретный сценарий определяется типом карты и платёжным сервисом.

Совместимость двух национальных сетей и кобейджинг

Uzcard и Humo действуют параллельно. Их взаимодействие постепенно расширялось, но совместимость всегда определяется конкретным каналом.

Банкоматы. Летом 2023 года операторы сообщили о завершении интеграции банкоматной инфраструктуры. Это расширило возможности снятия наличных по картам обеих систем.

Торговые терминалы. Совместимость POS-устройств развивалась отдельно. В апреле 2024 года Uzcard объявила о приёме Humo на определённых моделях терминалов с конкретным программным обеспечением. Поддержка двух систем определяется и моделью устройства, и его настройками.

Переводы в приложениях. Межсистемные операции зависят от подключений банка и платёжной организации, правил сервиса и типа карт. В одном интерфейсе можно управлять счетами и картами разных банков; условия таких переводов разъясняются, в частности, в справке Humo.

Кобейджинговые карты (co-badged) работают в двух платёжных сетях — национальной и международной. В Узбекистане применялись Uzcard–UnionPay, Uzcard–Mastercard, Uzcard–«Мир», Humo–Visa и другие решения. Внутри страны операции обрабатываются через национальную сеть, за границей — через международную, по условиям эмитента и партнёрской системы.

Поддерживаемые страны и валюты зависят от условий международной сети, банка и конкретной карточной программы.

Собственность операторов и устройство конкуренции

Операторы национальных систем были созданы как часть государственной политики развития расчётов. К середине 2020-х обе компании прошли через изменения формы собственности и корпоративного контроля.

Uzcard действует через АО «Единый общереспубликанский процессинговый центр». В 2020-х контроль над оператором перешёл частным акционерам. Согласно раскрытию ЕОПЦ за 2025 год, на конец того года акции распределялись между IMC-CAPITAL (75%) и Камроном Акбаровым (25%).

Humo действует через АО «Национальный межбанковский процессинговый центр». В начале 2025 года Агентство госактивов сообщило о результатах его приватизации. В корпоративном раскрытии Paynet от 4 июня 2026 года НМПЦ указан как её 100-процентное дочернее общество.

Структурный смысл сделки Paynet–Humo — вертикальное объединение разных звеньев платёжного рынка. Paynet развивала агентскую сеть приёма платежей (по данным компании, свыше 25 тысяч точек), а Humo обеспечивает национальный карточный процессинг. В одной группе оказались канал взаимодействия с плательщиками и одна из двух базовых карточных сетей. Для конкурентной среды существенны условия доступа банков и платёжных организаций к такой инфраструктуре; оценка возможных ограничений конкуренции относится к компетенции регуляторов.

Доли в капитале операторов отражают корпоративный контроль над инфраструктурой. Деньги клиентов учитываются на банковских счетах, а обязанности перед ними несут банки и другие участники согласно своим договорам.

Правила рынка установлены законом № ЗРУ-578 от 01.11.2019 г. Центральный банк лицензирует операторов и платёжные организации, контролирует соблюдение требований и наблюдает за устойчивостью систем. Закон запрещает правила, которые препятствуют участникам одной сети работать в другой; такой принцип допускает участие банка одновременно в Uzcard и Humo. Набор доступных клиенту услуг зависит также от технических соединений и договоров, а реестр операторов ЦБ позволяет проверить их лицензии.

Кто получает комиссии

Стоимость карточного платежа распределяется между несколькими участниками. Продавец платит банку-эквайеру за приём оплаты; банк-эквайер несёт расходы на процессинг и другие услуги системы. У банка-эмитента есть собственные расходы на выпуск и обслуживание карт. В некоторых моделях эквайер дополнительно выплачивает эмитенту межбанковское вознаграждение — интерчейндж (interchange) по правилам платёжной сети.

В интервью Центрального банка от 12 мая 2021 года отмечалось, что в национальных системах тогда не было комиссий, сопоставимых с интерчейнджем международных сетей. В такой схеме банк-эквайер из платы продавца покрывал собственную услугу и тариф процессингового центра; отдельное межбанковское вознаграждение эмитенту не предусматривалось в описанной модели. Позднее правила изменились: тарифный документ Humo за март 2026 года прямо предусматривает интерчейндж, который удерживается у эквайера в пользу эмитента и не является доходом процессингового оператора. Так различия между прежней и новой моделями отражаются в распределении экономических стимулов банков.

Держатель карты отдельно оплачивает услуги, предусмотренные его договором: например, некоторые P2P-переводы, снятие наличных или уведомления. Комиссия эквайринга для торговой точки определяется договором с банком. Поскольку платежи проходят по разным маршрутам, для них действуют разные тарифы. В обзоре Всемирного банка за 2025 год приведены ограничения торговых комиссий: 0,2% для национальных карточных систем и 1% для международных.

Закон № ЗРУ-578 требует публиковать правила и тарифы платёжной системы на сайте оператора. Конкретная стоимость операции определяется действующей редакцией тарифов и договором соответствующего участника.

Как банковские карты встроились в цифровые способы оплаты

Современная покупка может совершаться через физический терминал, интернет-магазин, приложение, QR-код или смартфон с NFC. У этих способов разные интерфейсы и способы подтверждения операции. Под ними остаются банковские счета, платёжные сети и расчётные механизмы, если конкретный платёж проходит по карточному маршруту.

Для оплаты смартфоном используются несколько технологий. NFC передаёт данные между устройством и терминалом; токенизация заменяет чувствительные реквизиты карты специальным идентификатором; мобильный кошелёк выбирает карту и организует подтверждение операции.

Национальные операторы развивали собственные решения, в том числе HUMOPay, а международные кошельки подключались в партнёрстве с банками и платёжными сетями.

27 октября 2026 года в Узбекистане стали доступны Apple Pay и Google Pay для ряда карт Visa и Mastercard местных банков. При запуске обычные национальные карты Uzcard и Humo не входили в перечень поддерживаемых. Поддержка кошелька зависит от сети карты и банка-эмитента.

Отдельный маршрут — оплата через QR-код. Стандартизированные механизмы вроде UzQR передают платёжную информацию между приложением, банками и другими участниками через предусмотренную инфраструктуру. QR-код служит интерфейсом для платежа; его расчётный маршрут определяется используемой схемой. Общую архитектуру рынка описывает раздел ЦБ о платёжных системах.

Современный масштаб и устойчивость инфраструктуры

Официальная статистика показывает масштаб распространения карточных инструментов. На 1 января 2020 года Центральный банк учитывал около 20,55 млн карт, 392,4 тыс. платёжных терминалов и 9,2 тыс. банкоматов и инфокиосков. На 1 января 2026 года соответствующие показатели составляли 68,27 млн карт, 430,8 тыс. терминалов и 40,1 тыс. банкоматов и инфокиосков.

Количество карт характеризует число выпущенных платёжных инструментов: один человек может иметь несколько карт. Данные о фактическом использовании дополняют показатели числа транзакций, доли активных карт, доступности инфраструктуры по регионам и качества работы сервисов.

В оценке финансового сектора Узбекистана за 2025 год Всемирный банк отмечал фрагментированность платёжной архитектуры и необходимость развивать совместимость между розничными карточными сетями, системой мгновенных переводов, межбанковскими расчётами и платежами государству. Это объясняет, почему количественный рост карт и терминалов сопровождается дальнейшим развитием связей между платёжными сервисами.

Uzcard и Humo функционируют как операторы базовой розничной платёжной инфраструктуры, объединяющей банки, продавцов и поставщиков платёжных услуг. Её развитие отражает переход от массовой эмиссии зарплатных карт к разнообразным цифровым расчётам. Для понимания любой новой платёжной услуги важны роли эмитента, эквайера, оператора, платёжной организации и расчётной системы: именно между ними распределяются денежные потоки, обработка информации и ответственность.