«Узбекистан: Контекст» | 6 сентября 2025 года | Аналитический дайджест
События на автомобильном и топливном рынках Узбекистана в начале сентября, на первый взгляд противоречивые, при внимательном рассмотрении являются логичным продолжением многолетней трансформации отрасли. Отмена давно назревших барьеров для импорта на фоне новых инициатив по ручному регулированию цен — это не переломный момент, а актуальный срез, демонстрирующий эволюцию протекционистских механизмов. Официальная политика, некогда направленная на защиту государственного производителя, за последние годы сместилась в сторону поддержки узкой группы «отечественных импортеров».
Последние новости позволяют проанализировать логику этого процесса и оценить противоречия между долгосрочными экономическими реформами, обязательствами перед ВТО и текущими интересами влиятельных бизнес-групп.
1. Контекст: от «белых Шевроле» до «отечественных импортеров»
Долгое время автомобильный рынок Узбекистана функционировал в условиях жесткого протекционизма, направленного на защиту государственного монополиста UzAuto Motors. Высокие таможенные пошлины делали страну, по выражению иностранных туристов, «страной белых Шевроле». Однако в последние годы ситуация изменилась: в стране появились сборочные производства, представляющие иностранные бренды, которые, де-факто являясь импортом готовых автомобилей под видом комплектующих, получили льготы как национальные производители.
Как отмечают наблюдатели, экономическая политика трансформировалась: от «защиты отечественного производителя» к «защите отечественных импортеров».
Это укладывается в общую модель «экономики для своих», где административные решения и регуляторные барьеры создают «сотни и тысячи коррупционно-монопольных кормушек» (см. дайджест за 05.09.2025).
На этом фоне государственный UzAuto Motors, теряя долю рынка (с 90,2% до 82,2% в первом полугодии 2025 года), по мнению экспертов, стал искусственно сокращать выпуск наиболее доступных и популярных моделей, подталкивая потребителей к продукции «новых игроков». Одновременно компания вывела на рынок внедорожник Chevrolet Tahoe стоимостью почти $120 000. Этот шаг, по мнению критиков, преследует двойную цель: не создавать конкуренцию «новым игрокам» в массовом сегменте и позволить госорганам обходить бюджетные ограничения на закупку дорогих служебных автомобилей, которые распространяются только на импорт.
2. Пскентский полигон: правовой вакуум как инструмент управления
Одним из ключевых барьеров для защиты этого нового status quo стал механизм обязательной сертификации импортных автомобилей на полигоне в Пскенте, введенный в ноябре 2024 года. Его истинной целью, по мнению экспертов, было не столько обеспечение качества, сколько подавление частного импорта, сбивавшего цены «отечественным импортерам». Система была заведомо неэффективной: из 62 требований техрегламента «UzTest» мог проверить лишь 25. К сентябрю 2025 года полигон уже выполнил свою основную задачу: по официальным данным, импорт автомобилей в 2024 году сократился с $1,9 млрд до $1,3 млрд, а за первый квартал 2025 года — еще в 2,7 раза.
Отмена этого барьера стала, по всей видимости, вынужденной уступкой в рамках переговоров по вступлению в ВТО. Однако форма отмены вызвала еще больше вопросов.
Решение было оформлено не полноценным нормативно-правовым актом, а протоколом №16 заседания межведомственной комиссии по ВТО от 2 сентября 2025 года за подписью заместителя премьер-министра Жамшида Ходжаева. Это породило правовую коллизию, на которую указал экономист Отабек Бакиров: если столь ограничительная мера была введена полноценным нормативным актом, то как ее можно отменить простым протоколом? А если она изначально была введена таким же «протокольным» решением, то ее существование на протяжении 10 месяцев, нанесшее ущерб тысячам граждан и предпринимателей, было, по сути, неправовым.
«Где документ?» — этот вопрос эксперта подчеркнул правовой вакуум и режим «ручного управления» в отрасли.
3. Актуальные события: топливо, качество и новые угрозы
Последние новости подтверждают и дополняют эту сложную картину.
Во-первых, прекращение продажи бензина АИ-80 со 2 сентября — это давно откладывавшийся технический шаг, который привел к росту цен на АИ-92. Однако этот шаг породил в обществе острый вопрос о качестве топлива. Климатолог Эркин Абдулахатов задался вопросом, что помешает теперь продавать тот же низкокачественный бензин под видом АИ-92, и подчеркнул, что без прозрачной системы контроля качества на АЗС реформа теряет смысл.
Таким образом, отмена АИ-80 может не только не улучшить экологическую ситуацию, но и просто повысить доходность нефтеперерабатывающих заводов, которые, по мнению наблюдателей, являются частью крупных финансово-промышленных групп, имеющих сильные лоббистские позиции.
Во-вторых, в том же протоколе, который отменил тесты на полигоне, появилось прямое поручение Комитету по конкуренции и Министерству экономики и финансов в течение месяца «проанализировать разницу в ценах» и внести предложения «по оптимизации и регулированию цен». Экспертное сообщество восприняло это как вероятную попытку создать новый нерыночный механизм для ограничения ценовой конкуренции со стороны независимых импортеров, подтверждая опасения, что взамен отмененного полигона будет придуман новый, более тонкий барьер.
«Как это будет регулироваться, не знаю, но цены точно не упадут», — отреагировал на новость популярный блогер Умид Гафуров, выражая общее недоверие к подобным инициативам.
Резюме
События начала сентября не являются революцией на автомобильном рынке, но служат важной иллюстрацией продолжающегося процесса. Они показывают, что власти вынуждены отказываться от грубых, очевидных протекционистских барьеров (как полигон в Пскенте) под давлением внешних обязательств в рамках вступления в ВТО. Однако это не означает отказа от самой стратегии защиты «своих» игроков.
Механизмы становятся более изощренными и переносятся в сферу ценового регулирования и управления рынком топлива.
Более того, рост издержек на традиционное топливо может быть не просто побочным эффектом, а сознательной стратегией, играющей на руку тем же группам, которые активно продвигают на рынке широкий ассортимент китайских электромобилей. Создание проблем на рынке бензина формирует дополнительные, нерыночные конкурентные преимущества для электротранспорта, замыкая всю отрасль в рамках интересов узкого круга игроков.
Дайджест фиксирует этот переходный момент, демонстрируя, как система адаптируется, пытаясь совместить требования международных партнеров с интересами влиятельных внутренних групп.
Поделитесь мнением