Новости Узбекистана | 28 июня 2025 года | Аналитический дайджест

Субботний формат дайджеста — это возможность отойти от оперативной повестки и всмотреться в те фундаментальные процессы, которые определяют контуры будущего. В центре внимания на этой неделе оказываются не столько события, сколько ключевые «национальные разговоры», которые ведут между собой общество, эксперты и власть. Эти диалоги, порой острые и болезненные, касаются самых основ государственного устройства и общественной жизни.

Дайджест начинается с главного — с разговора о доверии и о том, возможен ли в Узбекистане новый, более честный общественный договор. Затем фокус смещается на то, как эта тема преломляется в разговоре о равенстве на примере школьного образования. После этого анализ обращается к разговору о состоятельности самого государства — его способности реализовывать собственные решения. Далее исследуется разговор об имидже — той идеальной картине, которую официальная пропаганда создает в противовес сложной реальности. И, наконец, все эти внутренние диалоги помещаются в широкий геополитический контекст, определяемый все более тесными отношениями с Китаем. Вместе эти пять бесед формируют объемный портрет страны в процессе самоопределения.

Разговор о доверии: в поисках нового общественного договора

На минувшей неделе тема взаимоотношений государства и граждан, а точнее – проблема дефицита доверия между ними, прозвучала сразу на нескольких площадках и в разных контекстах. Эксперты на международном форуме, представители узбекистанских медиа и новый министр силового ведомства – все они, с разных ракурсов, говорили об одном и том же: о необходимости выстраивать открытый и честный диалог. Сопоставление этих мнений позволяет составить многомерную картину проблемы.

Диагноз от экспертов: почему доверие так легко потерять?

На Форуме ООН по госслужбе в Самарканде эксперты из разных стран сошлись во мнении, что государственные служащие – от министра до рядового сотрудника бюджетной организации – являются фундаментом государства, обеспечивая реализацию национальной стратегии и доступ граждан к общественным благам. Однако, несмотря на эту ключевую роль, уровень доверия к ним часто остается низким.

Причины этого универсальны и понятны:

• Игнорирование мнения граждан. По словам Каролин Стар, операционного директора британской компании School of International Futures, ничто так не разрушает доверие, как ситуации, когда людей просят высказаться, но за этим не следует никаких видимых действий или честного ответа, почему те или иные меры не могут быть приняты.
• Коммуникационные провалы. Недостаточно эффективное разъяснение приоритетов, задач и вызовов, стоящих перед госаппаратом, порождает недопонимание и подозрения. Как отметила американский профессор Рим Каки, доверие – это «мышца», которую нужно постоянно укреплять через прозрачность и вовлечение граждан.
• Репутационный ущерб от единичных случаев. Заместитель директора Агентства развития госслужбы (АРГОС) Амиртемурхон Мусаев признал, что даже один-два негативных случая (коррупция, некомпетентность) бросают тень на всю систему. Доверие легко теряется из-за одного инцидента, а на его восстановление уходят годы.

В качестве универсального рецепта эксперты предлагают повышать профессионализм госслужащих через постоянное обучение, внедрять более совершенные методики отбора кадров (в Узбекистане, по словам представителя АРГОС, уже используется специальная оценка на предмет склонности к недобросовестному поведению) и активно «выходить в поле», не ожидая, что граждане сами придут в госорганы.

Взгляд изнутри: «комфорт» чиновников и страх перед медиа

Если международные эксперты говорят о теме в целом, то дискуссия, организованная изданием Kun.uz, вскрывает более глубокие и специфические для Узбекистана причины.

По мнению политолога Камолиддина Раббимова, ключевая проблема заключается в том, что у государственных структур Узбекистана, прожившего долгие годы в тоталитарной, а затем авторитарной системе, попросту нет опыта нормального, равноправного диалога с обществом и медиа.

 «Внутри должны быть четкие правила игры, и сотрудники пресс-служб должны говорить с людьми снова и снова. Пусть они даже повторяют одно и то же, но общество постепенно это примет… В пресс-службе должны сидеть бесстрашные, сильные кадры», – Камолиддин Раббимов, политолог.

Участники дискуссии отмечают, что многие чиновники до сих пор воспринимают независимые и профессиональные СМИ как «потенциальную угрозу» и предпочитают находиться в «комфортной» зоне, избегая общения с журналистами. Это усугубляется некомпетентностью некоторых пресс-служб, которые не могут служить эффективным «мостом» между своим ведомством и обществом.

Практический шаг: «народное МВД» и право на съемку

На этом фоне особенно показательными выглядят заявления нового министра внутренних дел Азиза Ташпулатова, сделанные на заседании обновленного общественного совета при МВД. Он не только признал наличие проблем, заявив: «Мы не собираемся скрывать проблемы, имеющиеся в нашей системе. Проблем достаточно», но и озвучил конкретные шаги, направленные на повышение доверия:

1. Приоритет открытости: Повышение доверия населения названо одним из главных приоритетов ведомства.
2. Реакция на соцсети: МВД отслеживает сообщения в соцсетях. С начала года было изучено 1046 таких сообщений, в 82 случаях назначена служебная проверка, приведшая к увольнениям и взысканиям.
3. Право на съемку: Министр дал прямое поручение сотрудникам не запрещать гражданам вести съемку их действий. «Если сотрудник выполняет свою законную работу, чего он должен опасаться?», – заявил Ташпулатов. Это знаковая позиция по резонансной многолетней дискуссии.
4. Готовность к диалогу: Министр продемонстрировал готовность реагировать на журналистские расследования, поручив провести проверку по вскрытым Kun.uz фактам о возможных нарушениях в делах двух осужденных женщин в Навоийской области.
5. Ставка на цифровизацию: Глава МВД подчеркнул, что сокращение «человеческого фактора» и коррупционных рисков напрямую связано с полной цифровизацией услуг.

Таким образом, налицо комплексная проблема: с одной стороны – универсальные для любой бюрократии вызовы, с другой – укоренившиеся в местной управленческой культуре привычки и страхи. Заявления нового главы МВД показывают, что по крайней мере в одном из самых чувствительных для общества ведомств есть понимание необходимости перемен. Однако, как отмечают и эксперты, и журналисты, путь к восстановлению доверия долог и требует не разовых акций, а последовательной и, главное, искренней работы.

Подробнее:

• Gazeta.uz: Почему у населения низкий уровень доверия к государственным служащим. Ответы экспертов
• Kun.uz: Давлат идораларининг омма билан нормал мулоқот қилиш тажрибаси йўқ – медиа олами вакиллари билан суҳбат
• Gazeta.uz: Глава МВД — об открытости, имидже службы и доверии населения

Разговор о равенстве: образование как товар или всеобщее право?

Проблема дефицита доверия особенно остро проявляется там, где государство напрямую соприкасается с базовыми потребностями граждан. Школьное образование – одна из таких сфер. Дискуссия вокруг «платных классов» в государственных школах, получившая новый импульс после недавнего расследования Kun.uz, на этой неделе вышла на новый виток.

Напомним, Министерство дошкольного и школьного образования (МДШО) попыталось свести проблему к «неверной интерпретации», заявив, что речь идет лишь о дополнительных платных услугах, не входящих в основную программу. Однако такой ответ не удовлетворил ни общественность, ни экспертов, которые видят в этой практике системную угрозу принципам справедливости и равенства в образовании.

Лукавство формулировок и нарушение закона

Эксперты, опрошенные Kun.uz, прямо указывают на то, что позиция МДШО является неверным толкованием законодательства. Специалист по образованию Шокир Турсун поясняет: закон действительно разрешает оказание платных услуг в школах, но при строгом соблюдении ряда условий. Это должны быть кружки или занятия, выходящие за рамки госстандартов, и, что принципиально важно, они могут проводиться только после окончания бесплатных уроков.

Практика же создания отдельных «элитных» классов с первого дня обучения, с лучшими учителями и условиями, но за ежемесячную плату (в случае со школой №50 г. Ташкента – 2,8 млн сумов), по сути, является подменой понятий. Шокир Турсун предлагает простой тест:

«Может ли ученик учиться в так называемом „неплатном“ классе бесплатно? Если директор не может ответить на этот вопрос утвердительно, значит, это платный класс. В законодательстве нет понятия “платный класс”. Если он открыт, велика вероятность того, что школа нарушает закон».

Экономика неравенства: как разрушается справедливость

На первый взгляд, создание платных классов может показаться прагматичным решением, позволяющим школам привлекать дополнительные средства, а родителям – «покупать» лучшие условия для своих детей. Однако эксперты предупреждают о разрушительных долгосрочных последствиях.

1. Социальная сегрегация. Это главный и самый очевидный итог. Как пишет автор издания «Ishonch» Гуломжон Ахмад, эта практика «создает глубокий разрыв» между детьми из обеспеченных и малообеспеченных семей. Ребенок, чьи родители не могут платить, оказывается в заведомо худших условиях в стенах государственной школы, финансируемой за счет всех налогоплательщиков. Фактически, вводится разделение на «первый» и «второй» сорт.
2. Неравное распределение ресурсов. Лучшие учителя, лучшие кабинеты, современное оборудование – все это концентрируется в платных классах. В результате качество образования в «бесплатных» классах падает не только относительно, но и абсолютно, так как они лишаются дефицитных ресурсов.
3. Создание порочных стимулов. Шокир Турсун, ссылаясь на свой опыт и опыт своей матери, педагога с 30-летним стажем, описывает опасный механизм: «Если в школе есть платный кружок, учитель может сознательно меньше выкладываться на бесплатных уроках, чтобы привлечь учеников в платный формат… Сравните, как один и тот же учитель ведёт бесплатный и платный урок — и увидите разницу». Это прямое нарушение принципа справедливости.
4. Психологическое давление на детей. Разделение на «богатых» и «бедных» внутри одного коллектива неизбежно сказывается на детской психике, формирует комплексы и провоцирует конфликты.

Экономист Улугбек Турсунов подчеркивает фундаментальную роль бесплатного государственного образования: оно создает «позитивную внешнюю выгоду» для всего общества, снижая уровень преступности и повышая общую культуру. Коммерциализация этого блага подрывает его основную миссию.

«Узбекская инновация» на фоне мирового опыта

Сторонники нововведений в Узбекистане часто апеллируют к международному опыту. Однако, как показывает анализ издания «Ishonch», в вопросе платных классов этот опыт полностью опровергает узбекистанскую практику.

• В Великобритании, США, Германии государственные школы абсолютно бесплатны. Существуют специализированные школы (академические, грамматические), но отбор в них идет по способностям, а не по кошельку, и обучение в них также бесплатно.
• В Швеции и, особенно, в Финляндии, чей опыт считается эталонным, образование не просто бесплатно – государство субсидирует даже частные школы, которым законодательно запрещено взимать плату с учеников.
• В Финляндии политика прямо запрещает любую сегрегацию детей по материальному признаку. Принцип «образование – это всеобщее право, а не товар» закреплен на государственном уровне.

Вывод очевиден: ни одна из развитых стран не пошла по пути создания платных и бесплатных потоков внутри одной государственной школы. Это сугубо «узбекская инновация», которая, по меткому выражению автора «Ishonch», заставляет задаться вопросом:

«Это делается для создания качественной системы образования или для создания источника солидного дохода для кого-то?»

Игнорируя мировой опыт и собственный Основной закон, гарантирующий бесплатное общее образование, Узбекистан рискует превратить школы из социального лифта в инструмент консервации и углубления социального неравенства.

Подробнее:

• Ishonch.uz: Пулли синфлар: қай йўлдан кетяпмиз ва дунёда бу масала қай тарзда ҳал қилинган?
• Kun.uz: В государственной школе не должно быть платного обучения — беседа о последствиях платных классов

Разговор о состоятельности: почему реформы вязнут в бюрократии?

Если проблемы в социальной сфере часто носят комплексный характер, то в работе государственного аппарата можно наблюдать и вполне конкретные, рукотворные сбои. Один, казалось бы, частный эпизод, обсуждавшийся на этой неделе, служит хрестоматийной иллюстрацией главнейшей системной проблемы современного Узбекистана — разрыва между декларируемыми на высшем уровне реформами и их фактическим исполнением на среднем звене госаппарата.

История с холодильным оборудованием, месяцами простаивающим на таможне, — это не про логистику, а про то, как политическая воля к либерализации разбивается о стену бюрократического сопротивления.

На бумаге: либерализация. В реальности: убытки

18 апреля 2025 года Президент Шавкат Мирзиёев подписал указ (УП-67), который, среди прочего, отменил обязательную сертификацию для ряда товаров, включая витринные холодильники, заменив ее более простой процедурой декларирования соответствия. Это был ясный сигнал бизнесу: государство упрощает правила, снижает барьеры.

Однако, как выяснилось на встрече предпринимателей в Торгово-промышленной палате, реальность выглядит иначе. По словам исполнительного директора Ассоциации UzBev Альфии Мусиной, витринные холодильники, которые производители напитков завозят для бесплатной передачи малому бизнесу, уже более трех месяцев не могут пройти таможенную очистку. Другой предприниматель, производитель мороженого, сообщил, что его морозильники простаивают на таможне уже восемь месяцев. Сезон для него, по сути, упущен.

Причина, по которой Агентство по техническому регулированию («Узстандарт») не дает разрешения, — это эталон бюрократической отписки: «механизм имплементации указа президента еще не разработан».

Не сбой, а «методичка»

Если официальная новостная повестка фиксирует этот случай как досадный сбой, то в экспертном сообществе его расценивают куда жестче. Экономист Отабек Бакиров отмечает, что это не ошибка и не нерасторопность, а осознанная и повторяющаяся тактика.

Он напоминает, что летом 2023 года то же самое агентство, используя аналогичную «методичку», блокировало ввоз кондиционеров и холодильников под предлогом проведения тестов на энергоэффективность, для которых у него даже не было оборудования. Тогда это также привело к миллиардным убыткам для предпринимателей и осталось безнаказанным.

Отсутствие последствий за прошлогодние действия, по его мнению, породило у чиновников чувство вседозволенности. Он характеризует агентство как структуру, превратившуюся в «душителя свободного рынка и потребительского выбора» и «фактического лакея паразитирующей олигархии», использующей нетарифные барьеры в своих интересах. Радикальный вывод автора: ведомство не подлежит реформированию, и необходима полная «люстрация».

Диагноз, поставленный Президентом

Примечательно, что о наличии системной проблемы в этой сфере говорил и сам Президент. Еще в апреле он отмечал, что органы сертификации совмещают свои функции с контрольными, что создает прямой конфликт интересов.

«Думали ли министры, хокимы, о том, когда прислушаться к бизнесу, какой стандарт обновить, какой отменить, какой товар убрать из списка обязательной сертификации? К сожалению, на этот вопрос нет положительного ответа», — констатировал тогда Шавкат Мирзиёев.

Таким образом, случай с застрявшими холодильниками — это не просто частная проблема бизнеса. Это наглядный индикатор того, что даже при наличии политической воли на самом верху, среднее звено способно эффективно тормозить реформы, нанося прямой ущерб экономике. Заверения главы ТПП Даврона Вахабова в том, что «уполномоченные органы понесут за это ответственность», станут важной проверкой способности системы к самоочищению. Но пока агентства могут безнаказанно игнорировать указы Президента месяцами, реальный бизнес-климат в стране будет определяться не законами, а подобными невидимыми барьерами.

Подробнее:

• Spot.uz: «Холодильники простаивают на таможне, морозильники стоят месяцами» — бизнес о сертификации в Узбекистане
• Telegram-канал Bakiroo

Разговор об имидже: какую историю Узбекистан рассказывает о себе?

На фоне вскрываемых проблем с доверием, равенством и эффективностью госуправления, особенно интересно проанализировать тот идеализированный образ страны, который конструирует официальная пропаганда.

Статья главного редактора газет «Халк сузи» и «Народное слово» Уткира Рахмата представляет собой концентрированное изложение официальной картины мира, которую власть формирует и транслирует как для внутренней, так и для внешней аудитории. Это не просто журналистский материал, а манифест, призванный закрепить в сознании читателей ключевые идеологемы «Нового Узбекистана».

Центральный тезис, вынесенный в заголовок, — «политика прагматизма», в основе которой «реальные дела, а не слова и обещания».

Анализ текста позволяет выделить четыре основных столпа, на которых строится этот нарратив, и ключевые пропагандистские техники, используемые для его утверждения.

Экономический успех как неоспоримое доказательство

Первый и главный аргумент — это цифры. В статье приводятся впечатляющие макроэкономические показатели: удвоение ВВП за 8 лет, цель достичь $200 млрд к 2030 году, $35 млрд инвестиций и $27 млрд экспорта в 2024 году, рост в международных рейтингах (S&P, Economic Freedom, Harvard).

• Подача этих данных является классическим приемом пропаганды. Цифры вырваны из контекста: не упоминается рост внешнего долга, уровень инфляции, точка старта (низкая база), распределение благ от экономического роста. Цель — создать у читателя безальтернативное ощущение успеха и правильности выбранного курса.

Дипломатический триумф и роль «средней державы»

Второй столп — внешняя политика. Утверждается, что под руководством Президента Мирзиёева Узбекистан превратился из объекта в субъект международной политики, став «географическим, политическим и демографическим ядром Центральной Азии». Все позитивные сдвиги в регионе — разрешение пограничных споров, создание формата консультативных встреч глав государств ЦА, появление форматов «C5+1» — приписываются исключительно инициативе Ташкента и его «дипломатии дружбы».

• Этот нарратив решает две задачи. Внутри страны он формирует образ мудрого и признанного на мировой арене лидера. Для внешней аудитории — предлагает образ Узбекистана как конструктивного и надежного партнера, «связующего звена», без которого невозможно выстраивать стабильность в Евразии.

Глобальное признание и инвестиционная привлекательность

В качестве доказательства успеха активно используется прием внешней валидации. Текст изобилует ссылками на иностранные источники и цитатами авторитетных зарубежных спикеров: американское издание «The Diplomat», индийский профессор Шанти Мариет Д’Соуза, президент ЕБРР Одиль Рено-Бассо, легендарный инвестор Джим Роджерс. Кульминацией этого аргумента служит Ташкентский международный инвестиционный форум, который представлен как событие, где «половина земного шара» призналась в «непоколебимом доверии» к Узбекистану, подкрепив его контрактами на $30 млрд.

• Расчет строится на том, что мнение иностранца воспринимается как более объективное и весомое. Цитата Джима Роджерса: «Я слушал политиков всю свою жизнь и знаю, что далеко не всем им можно верить. Но ваши политики сейчас говорят правильные вещи. И… делают правильные шаги» — работает как прямое внешнее заверение в правильности курса Президента. Сравнение реформ с политикой Дэн Сяопина в Китае призвано добавить исторического масштаба и легитимности.

Триумф «мягкой силы»: победа в футболе как метафора успеха государства

Последний и, возможно, самый эмоционально сильный аргумент — исторический выход сборной Узбекистана по футболу на Чемпионат мира. Эта победа подается не как случайность, а как «логическое завершение» и прямой результат «мудрой политики» и «стратегических решений Президента».

• Это классический и очень эффективный пропагандистский ход. Спортивная победа, вызвавшая всеобщую радость и гордость, напрямую увязывается с деятельностью руководства страны. Формируется простая и мощная эмоциональная связка: «Успех в футболе = Успех политики Президента = Успех страны». Письмо от главы ФИФА Джанни Инфантино используется как еще один элемент внешней валидации, теперь уже в спортивной сфере.

В сухом остатке, данный текст — это ценный документ для понимания того, каким руководство Узбекистана хочет видеть себя и свою страну в глазах граждан и мира. Это тщательно выстроенный нарратив о стабильности, предсказуемости и успехе, адресованный как внутренней аудитории для укрепления легитимности власти и национального духа, так и внешней — для привлечения инвестиций и укрепления международного статуса.

Подробнее:

• xs.uz: Политика прагматизма: в основе реформ в Новом Узбекистане реальные дела, а не слова и обещания

Разговор о геополитике: в тени и в лучах дракона

Завершая обзор значимых тем недели, есть смысл сместить фокус с внутренних процессов на ключевой внешний фактор, определяющий будущее всего региона, — отношения с Китаем. Прошедший в Астане второй саммит «Центральная Азия — Китай» стал поводом для экспертного сообщества оценить, на какой стадии находится это партнерство и чего ожидать в будущем.

Срез мнений, представленный «Газетой.uz», позволяет сделать несколько ключевых выводов, помещая внутреннюю повестку Узбекистана в широкий геополитический контекст.

Институциональный сдвиг: от двусторонних сделок к региональной платформе

Эксперты сходятся во мнении, что формат «C5+Китай» перестал быть просто диалоговой площадкой и приобретает реальный институциональный вес. Как отмечает Рустам Бурнашев (Казахстанско-немецкий университет), в отличие от других форматов «C5+», у этого есть постоянно действующий секретариат в Сиане и общая договорная база. По мнению Темура Умарова (Берлинский центр Карнеги), Китай перешел к этому формату, извлекши все возможное из двусторонних отношений, где он мог доминировать экономически. Теперь Пекин приступил к «углублению» отношений на региональном уровне.

Договор о дружбе: символизм и предсказуемость, а не гарантии безопасности

Практически все опрошенные эксперты едины в оценке подписанного Договора о вечном добрососедстве. Это не гарантия безопасности и не военный союз. Как подчеркивает Нозимабону Мансурова (Международный институт Центральной Азии, Узбекистан), договор повышает «предсказуемость и надёжность отношений». Эмиль Джураев (Кыргызстан) видит в нем рамочный документ, призванный улучшить имидж Китая в обществах стран региона, где традиционно сохранялся высокий уровень недоверия.

Новые горизонты: за рамками торговли и сырья

Сотрудничество активно диверсифицируется. Если раньше в его основе лежали торговля и инфраструктурные проекты, то теперь, как отмечает Жадыра Асеткызы (КИСИ, Казахстан), происходит «качественный сдвиг». Фокус смещается на долгосрочные направления:

• Технологии: Узбекистан предлагает создать «дорожную карту» по трансферу технологий, а Казахстан говорит о совместных инженерных академиях.
• «Зеленая» повестка: Развитие альтернативной энергетики и совместная добыча «зеленых минералов».
• Образование и наука: Казахстан предложил объявить 2026 год Годом образования и научных исследований.
• Атомная энергетика: Казахстан рассматривает китайскую CNNC как потенциального партнера в строительстве АЭС.

Управление точками напряжения

Эксперты признают, что проблемы в отношениях существуют, но отмечают прагматичный подход к их решению. По словам Темура Умарова, старые болезненные вопросы (территориальные споры, экономическое доминирование) в основном урегулированы. Главным вызовом сегодня становится рост антикитайских настроений в обществах стран региона, на который Пекин реагирует усилением «мягкой силы» — информационного, культурного и гуманитарного сотрудничества. Другие потенциальные проблемы, например, использование трансграничных водных ресурсов, решаются на дипломатическом уровне.

Отношения Центральной Азии и Китая вступили в новый, более зрелый и сложный этап. Происходит переход от доминирования чисто экономических интересов к выстраиванию комплексной, многоуровневой и институционально оформленной системы взаимодействия. Для стран региона это означает как новые возможности для технологического развития, так и необходимость вырабатывать более скоординированную позицию в диалоге с глобальным гигантом.

Подробнее:

• gazeta.uz: Эксперты: Сотрудничество «ЦА — Китай» выходит за рамки торговли и приобретает институциональный вес

Резюме

Подводя итоги недели, можно сказать, что Узбекистан находится в эпицентре нескольких сложных, но жизненно важных национальных диалогов.

Разговор о доверии и равенстве достиг той точки, когда в обществе сформировался четкий запрос на справедливость и подотчетность власти. Истории с давлением на чиновников на местах и платными классами в школах — это не просто проблемы, это темы, по которым общество больше не готово молчать. Власть, в лице нового руководства МВД, демонстрирует понимание этого запроса, но путь от деклараций до системных изменений будет долгим.

Разговор о состоятельности госаппарата пока рисует пессимистичную картину. Способность среднего бюрократического звена саботировать реформы, инициированные на высшем уровне, остается одной из главных угроз для развития страны. Без решения этой проблемы — без реальной ответственности за неисполнение — любые указы рискуют оставаться лишь на бумаге.

На этом фоне разговор об имидже, который ведет государство, выглядит попыткой создать альтернативную реальность, свободную от этих болезненных дискуссий. Однако разрыв между официальной картиной тотального успеха и тем, что люди обсуждают в соцсетях и медиа, становится все более очевидным.

И все эти внутренние процессы самоопределения разворачиваются в условиях, когда внешний контекст становится все более доминирующим. Углубление интеграции с Китаем — это не просто внешняя политика, это новая реальность, которая будет влиять и на экономику, и на технологическое развитие, и на параметры внутреннего суверенитета. Успех страны в этом сложном мире будет напрямую зависеть от того, сможет ли она найти убедительные ответы в своих внутренних «разговорах».

---

Вопросы, предложения и замечания по дайджесту можно адресовать через телеграм-канал t.me/obzoruztg

---

Понравился дайджест? Наша цель — предоставлять глубокий и объективный анализ событий в Узбекистане, помогая вам видеть за новостями суть процессов. Если вы цените такую работу и хотите, чтобы она продолжалась, вы можете её поддержать.