«Узбекистан: Mohiyat» | 03 октября 2025 года | Аналитический дайджест
Экономические данные за последние месяцы рисуют картину кажущейся стабильности, которая, однако, достигается за счет факторов, создающих долгосрочные риски. Официальное замедление инфляции сопровождается спорами о методике подсчета, а улучшение платежного баланса напрямую зависит от рекордно высоких цен на золото и опережающего роста внешнего долга. Анализ показывает, что нынешняя макроэкономическая модель все больше напоминает попытку балансировать на двух опорах — внешнеторговой конъюнктуре и иностранных займах, — в то время как фундаментальные внутренние проблемы продолжают нарастать.
Инфляция: официальное замедление и «скрытые» факторы
Главная новость от Национального комитета по статистике — замедление годовой инфляции в сентябре до 8,0%, что стало самым низким показателем с весны 2024 года. Экономист Миркомил Холбоев объясняет это в первую очередь эффектом высокой базы прошлого года. Однако за этой цифрой скрывается ряд тревожных тенденций: инфляция в секторе услуг остается высокой (14,9%), а цены на отдельные позиции демонстрируют аномальный рост. Так, курсы по подготовке водителей за год подорожали на 73,4%.
Особую критику вызывает статистика по ценам на бензин. Экономист Отабек Бакиров утверждает, что Статком, вероятно, искусственно занижает инфляцию, продолжая учитывать в расчетах дешевый бензин АИ-80, который уже практически исчез из продажи. Из-за вынужденного перехода потребителей на более дорогой АИ-92, реальная месячная «бензиновая инфляция» для них, по расчетам эксперта, составила 16%. Схожая картина и с «индексом плова», который в сентябре дорожал в 3 раза быстрее официальной инфляции. Этот разрыв между официальными цифрами и чеком в магазине подрывает доверие к статистике, что является повторяющейся проблемой в диалоге власти и общества (см. дайджест за 01.07.2025).
Это не просто техническая, а политическая проблема, так как она напрямую влияет на доверие граждан к правительству и его реформам в целом.
Платежный баланс и внешний долг: золотая опора и долговая тревога
Улучшение показателей платежного баланса за первое полугодие почти полностью обеспечено двумя факторами, которые одновременно являются и источниками долгосрочной уязвимости. Как отмечает Миркомил Холбоев, резкое сокращение дефицита счета текущих операций до $156 млн (минимум с 2014 года) стало возможным благодаря:
- Аномально высоким ценам на золото (до $3800 за унцию), что является внешним, неконтролируемым фактором.
- Продолжающемуся притоку иностранных займов, которые финансируют импорт и поддерживают стабильность.
Таким образом, рост резервных активов на $913 млн — это не столько результат органического роста экономики, сколько эффект от удачной конъюнктуры и долговой подпитки. Обратной стороной этой медали стал стремительный рост долговой нагрузки. По данным Отабека Бакирова, на 1 июля 2025 года валовый внешний долг Узбекистана достиг $72,2 млрд, увеличившись за год на $15,6 млрд. Важно отметить, что значительная часть этого долга, формально считающаяся корпоративной, на самом деле приходится на государственные банки и компании, а значит, риски по нему в конечном счете также ложатся на бюджет.
Долг на душу населения за год вырос с $1524 до $1907. Узбекистан, по подсчетам Миркомила Холбоева, стал региональным лидером по темпам роста внешнего долга: с 2020 года он вырос в 2,1 раза. Растут и расходы на его обслуживание — процентные платежи за полгода составили $1,7 млрд.
Структурные проблемы: от падения добычи до сбоев госпрограмм
За общими макроэкономическими цифрами скрываются глубокие системные проблемы.
Энергетический вызов: На фоне амбициозных планов по развитию «зеленой» энергетики, Статком фиксирует ускоряющееся падение добычи природного газа (в августе — на 6,6%). Одновременно с этим, как сообщает Отабек Бакиров, начала давать сбой ключевая программа стимулирования «зеленой» генерации: владельцы солнечных панелей месяцами не получают гарантированные государством выплаты за проданную в сеть электроэнергию под предлогом «в бюджете нет денег». Это является мощнейшей «антирекламой» для всей политики энергоэффективности.
Торговые барьеры: На фоне растущего торгового дисбаланса с Китаем (импорт вырос на 27,3%, экспорт упал на 9%), экономисты Бехзод Хошимов и Отабек Бакиров указывают на фундаментальный тормоз для всей экономики — высокие импортные пошлины на «орудия труда и сырье». По их мнению, именно эти «торговые поборы» делают производство в стране дорогим и неконкурентоспособным. Это классический пример проявлений «экономики для своих» (см. дайджест за 05.09.2025), когда интересы узких групп ставятся выше макроэкономической целесообразности. В результате страна не развивает собственный несырьевой экспорт, что лишь усиливает ее зависимость от продажи золота и внешних займов для покрытия торгового дефицита.
Резюме: Стабильность в кредит
Текущая макроэкономическая модель Узбекистана демонстрирует растущую зависимость от внешних факторов и долгового финансирования. Кажущаяся стабильность — низкий дефицит текущего счета и замедление инфляции — по сути, покупается за счет рекордных цен на золото и опережающего накопления внешнего долга.
Эта стратегия позволяет решать тактические задачи, но не устраняет, а лишь маскирует фундаментальные структурные проблемы: нарастающие дисбалансы в энергетическом секторе, неэффективные торговые барьеры и сбои в реализации госпрограмм. В долгосрочной перспективе такая «стабильность в кредит» закладывает серьезные риски для финансового суверенитета страны, делая ее экономику заложницей мировых цен на сырье и настроений международных кредиторов.
Поделитесь мнением