Новости Узбекистана | 28 июля 2026 | Информационный дайджест

Важное. Хокимият Ташкента предлагает штрафовать водителей за неоплату платной парковки — юристы и одна из парламентских партий говорят о превышении полномочий. Новая редакция закона об ООО ввела международные корпоративные стандарты, но обошла стороной ряд востребованных инвестиционных инструментов. Два смертельных ДТП — в Намангане и Денау — заставили экспертов заговорить о системных сбоях: от коррупции на штрафстоянках до перекоса в Уголовном кодексе.

Полезное. Эскроу-счета в жилищном строительстве должны защитить дольщиков от недостроя, но могут разогнать себестоимость квадратного метра. Тарифы на газ и электричество за пять лет выросли в разы — как это соотносится с ценами у соседей по региону.

Интересное. Экономист разобрал популярный миф о том, что в Узбекистане распадается каждый четвёртый брак, — и показал, где именно ошибка в расчётах. Сделка по продаже малоизвестной платёжной компании Parapay привела в Узбекистан совладельца «Золотой Короны» — в тот же день, когда его российский холдинг попал под новые санкции Евросоюза.

1. Государство и право

ДТП в Намангане: смерть после четырёх штрафплощадок

25 ноября 2025 года в Намангане на улице Ислама Каримова произошло резонансное ДТП со смертельным исходом: 16-летний Хасанбой Зиёвуддинов, управляя автомобилем Onix без номерных знаков, на пешеходном переходе сбил 28-летнего сотрудника дорожно-патрульной службы Дониёра Нуруллаева, приехавшего в регион на лечение. Пострадавший скончался от полученных травм до приезда скорой помощи; пассажир автомобиля в этот момент вёл прямую трансляцию в Instagram.

Kun.uz совместно с Департаментом исполнения наказаний опубликовал интервью с осуждённым подростком. Из него следует: машину ему подарил отец на 16-летие в 2024 году, и два года он систематически управлял ей без прав. За это время автомобиль четыре раза изымали и отправляли на штрафплощадку, но каждый раз возвращали владельцам после уплаты штрафа. В последний раз, перед самой аварией, машину вернули благодаря сотруднику ОВД — позже его задержали и осудили за незаконное пособничество.

Психотерапевт Гавхар Тешабоева, комментируя инцидент, видит здесь более широкую проблему — деформацию ценностных ориентиров, при которой материальный статус и роскошь берут верх над моралью и законом. По её оценке, безграничные материальные блага при полном отсутствии родительских дисциплинарных границ формируют у подростков нарциссические расстройства личности, а систематическая безнаказанность за нарушения ПДД закономерно перерастает в привычную модель поведения, ведущую к тяжким преступлениям.

Ещё по теме → Почему управление автомобилем без прав должно стать уголовным преступлением — видео и более полусотни похожих кейсов.

ДТП в Денау: жизнь дешевле угона

26 июля 2026 года в городе Денау Сурхандарьинской области произошло ДТП со смертельным исходом. Водитель 1992 года рождения на автомобиле Cobalt, принадлежащем его отцу, выехал на полосу встречного движения на улице Шарафа Рашидова и сбил там 12-летнего мальчика (2014 года рождения), двигавшегося по регулируемому пешеходному переходу на зелёный сигнал светофора.

Пострадавший — ученик 7-го класса школы №74. Его экстренно доставили в районное медицинское объединение с тяжёлыми телесными повреждениями, но, несмотря на оказанную помощь, ребёнок скончался. По этому факту возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 266 УК.

Юрист Баходир Ахмедов указывает на острый дисбаланс в Уголовном кодексе: часть 2 статьи 266 (нарушение ПДД, повлекшее смерть человека) предусматривает максимум 7 лет лишения свободы — на практике это часто заменяется колонией-поселением с последующим условно-досрочным освобождением, — тогда как статья 267 (угон автомобиля без причинения вреда здоровью) карается лишением свободы на 10–15 лет.

Ахмедов называет это «аксиологическим парадоксом»: закон защищает кусок металла вдвое жёстче, чем человеческую жизнь.

Юрист предлагает ввести в практику квалификации ДТП концепцию «Dolus eventualis» (в терминологии УК РУ — косвенный умысел): если водитель осознанно идёт на грубое нарушение — выезжает на встречную полосу, проезжает на красный свет, превышает скорость свыше 100 км/ч в населённом пункте, — он понимает риск смертельного исхода. По логике Ахмедова, такие случаи должны квалифицироваться как умышленное убийство или преступление при отягчающих обстоятельствах, с нижним порогом наказания от 15 лет — чтобы устранить законодательное обесценивание человеческой жизни по сравнению с имуществом.

Закон об ООО: новая редакция

22 июля 2026 года вступила в силу новая редакция закона об ООО, заменившая документ 2001 года. Закон вводит ряд международных корпоративных стандартов: регулирование сделок с аффилированными лицами, фидуциарные обязанности руководителей (обязательство действовать добросовестно и в интересах компании), понятие корпоративного тупика (deadlock) и новый порядок одобрения крупных сделок на основе стоимости чистых активов.

При этом закон не включил востребованные инвестиционные инструменты: конвертируемые займы, опционы (Call/Put), вклады без увеличения уставного капитала и механизмы публичного залога долей. Статусы мажоритарного и миноритарного участника теперь зависят от фактического влияния голоса на конкретное решение, а не от фиксированной доли, как раньше.

Эксперты предупреждают о сложностях практического применения закона. Судам предстоит самостоятельно трактовать оценочные понятия («непримиримые разногласия», «интересы общества», «разумность действий»). Заложенные в законе механизмы защиты миноритариев рискуют оказаться неэффективными на практике: корпоративные решения часто принимаются через неформальные устные указания собственников директорам, из-за чего убытки невозможно подтвердить в суде документально.

2. Экономика и финансы

ТМФЦ: краш-тест доверия

Успех Ташкентского международного финансового центра (ТМФЦ), закон о котором подписан в июле, зависит от формирования проверяемого институционального доверия, пишет в колонке юрист Диёр Исламбеков.

Главный барьер для капитала на постсоветском пространстве — страх перевода коммерческих разногласий в уголовную плоскость.

Закон снимает этот риск: статья 14 обязывает использовать гражданско-правовые механизмы при налоговых и валютных нарушениях, исключая передачу материалов в уголовные органы. Дополнительные гарантии — право свободного вывода прибыли, освобождение от общего валютного регулирования и создание Ташкентского международного коммерческого суда (ст. 29) с международными судьями и применением английского права (ст. 8). Аппарат ТМФЦ должен за 12–18 месяцев разработать собственный корпус регламентов, и для успеха центра критически важна публичность этого процесса.

Сильная юрисдикция без реальных активов не создаёт рынка — так, МФЦА в Астане собрал 5400 участников, но лишь 4 млрд долларов торгов за 3 года. У Узбекистана есть необходимый «товар»: государственные активы, подлежащие приватизации (майское IPO UzNIF на 600 млн долларов выявило кратный спрос). Цель ТМФЦ — соединить локальные активы с локализованной безопасной юрисдикцией, чтобы не оплачивать «аренду» институтов в Лондоне. Но центр рискует остаться анклавом («государством в государстве»), если его наработки не будут экстраполированы на национальную правовую систему. Заявленные цели — привлечь 20–25 млрд долларов и ускорить рост ВВП на 1% ежегодно к 2030 году — упираются в краш-тест: первый честный правовой спор с государственной структурой станет главным сигналом для инвесторов.

Платформенная экономика: рост и барьеры

Экономист Юлий Юсупов публикует аналитический обзор платформенной экономики Узбекистана, фиксируя её взрывной рост. Добавленная стоимость в электронной коммерции выросла в 78,2 раза с 2019 по 2024 год, доля IT-сектора в ВВП достигла 4,1%. Развитие платформ стало драйвером масштабной легализации: доля теневой экономики в сфере услуг снизилась с 40,6% до 26,9%. Крупнейшие агрегаторы и маркетплейсы вывели из тени сотни тысяч граждан — более 576 тысяч водителей зарегистрировались как самозанятые, а экосистема Uzum (свыше 14 тыс. сотрудников) выплатила 900 млрд сумов налогов только за первое полугодие 2026 года.

При этом Юсупов выделяет два барьера, которые сдерживают потенциал сектора.

Первый — неравная конкуренция легальных площадок с контрабандой: таможенные и налоговые протекционистские барьеры делают легальный импорт дороже неформального, и бороться с теневой торговлей административными методами бессмысленно без снижения барьеров на легальный ввоз.

Второй — риск механического переноса классического трудового законодательства на самозанятых: в июле 2026 года Министерство занятости инициировало адаптацию стандартов МОТ (Конвенция №193) для платформенных работников, и Юсупов предостерегает от применения к курьерам и таксистам жёстких требований вроде обязательного страхования и охраны труда — это может сломать саму бизнес-модель платформ, резко увеличить издержки и остановить рост отрасли.

Решение он видит в разумном снижении барьеров и прозрачном антимонопольном контроле над алгоритмами платформ.

Акциз на сироп: план есть, закона нет

Vaqt.uz обнаружил расхождение между Бюджетным посланием и итоговой редакцией Налогового кодекса на 2026 год: в прогнозе доходов было заложено 88 млрд сумов от новых акцизов на картофельные чипсы и сироп-концентрат, но в финальном перечне подакцизных объектов (ст. 289³ НК) сироп так и не появился — из-за отсутствия координации между Минэкономфином и парламентом бюджет остался с необеспеченной статьёй доходов. Акциз на концентрат должен был закрыть фискальную лазейку для кафе, кофеен и кинотеатров, продающих напитки без уплаты акциза, — но не закрыл.

Из нового в акцизной политике 2026 года реально вступило в силу только одно: с 1 апреля введён акциз на картофельные чипсы — 15 000 сумов за 1 кг. Также налог на готовые сладкие напитки переведён на прогрессивную шкалу в зависимости от реального содержания сахара, а ставки на остальные подакцизные товары проиндексированы в среднем на 7% (например, на энергетики — с 2000 до 2150 сумов).

Ассоциация производителей безалкогольных напитков и соков открыто критикует ужесточение регулирования — маркировку и новые акцизы, — заявляя, что политика «налогов на здоровье» вредит отрасли и грозит сокращением рабочих мест и остановкой инвестиций.

3. Отраслевая экономика

Эскроу-счета в строительстве: жильё подорожает?

Представитель Минюста Жамшид Мирзаев на заседании фракции НДПУ подтвердил, что внедрение эскроу-счетов может повысить себестоимость жилья. В 2025 году объём долевого строительства достиг 11 млн кв. м, однако параллельно возросло число проблемных объектов, нанесших ущерб почти 3000 граждан на сумму 668 млрд сумов.

Чтобы защитить потребителей, разработан законопроект (рассмотрен комитетом Законодательной палаты 11 июля), обязывающий девелоперов привлекать средства через уполномоченные банки: покупательские платежи будут блокироваться на эскроу-счетах до выполнения застройщиком обязательств. В результате девелоперы лишатся беспроцентного финансирования и будут вынуждены оформлять процентные банковские кредиты. Также планируется запустить единую цифровую платформу Uy-joy для мониторинга всего жизненного цикла строительных проектов.

Теневое строительство в Узбекистане

Экономист Отабек Бакиров фиксирует структурную поляризацию строительного рынка Узбекистана: столичный сектор активно формализуется, тогда как в регионах продолжают доминировать теневые механизмы, сопоставимые по объёмам с экономиками целых областей.

За первое полугодие 2026 года объём строительных работ в стране составил 192 трлн сумов (+13,8%).

Главный тезис Бакирова — территориальный разрыв в легализации отрасли: в Ташкенте доля неформального строительства упала с 25,5% до 8,1%, а доля столицы в отрасли выросла до 31,7%. Самарканд тоже показывает снижение теневой доли до однозначных значений. В остальных регионах — Хорезмской, Наманганской, Бухарской областях — высокая доля неформального сектора сохраняется. В абсолютном выражении объём теневого строительства по стране за полгода достиг 3,2 млрд долларов — это больше ВРП целого ряда регионов Узбекистана по отдельности.

Вывод Бакирова: легализация возможна при наличии институциональной воли и спроса — это доказывают Ташкент и Самарканд, но за пределами столицы статус-кво сохраняется, а объёмы теневой стройки в регионах остаются катастрофически высокими.

Parapay купил владелец «Золотой Короны»

Телеграм-канал «Беш тийин» сообщает: российское АО «Сервис» приобрело 100% акций узбекистанской платёжной организации Parapay. Ранее доли были распределены между четырьмя местными совладельцами: Ибрахим Фатхуллаев владел 54,33%, Иззатулла Фатхуллаев — 23,5%, Дилмурод Фатхуллаев — 17,06%, Зиёвуддин Тулаганов — 5,1%. Номинальная стоимость всей доли — 20,43 млрд сумов, но реальная цена сделки не раскрывается. Компания получила лицензию Центробанка в апреле 2023 года.

АО «Сервис» (ранее — «ЦФТ-Сервис») — единственный учредитель российской небанковской кредитной организации «Платёжный Центр», которая зарегистрирована в реестре Банка России как оператор платёжной системы «Золотая Корона» — одной из крупнейших систем международных денежных переводов. То есть покупатель Parapay — прямой владелец оператора «Золотой Короны». В день, когда акции Parapay перешли под контроль «Сервиса», Евросоюз включил «Платёжный Центр» в новый санкционный список; само АО «Сервис» под санкции не попало. Такие сделки обычно готовятся месяцами и годами, но новый пакет санкций мог изменить стратегические расчёты сторон.

Несмотря на полную продажу долей, бывшие совладельцы Parapay остались членами наблюдательного совета компании, а директор Обиджон Азимбаев сохранил должность — судя по всему, «Сервис» намерен работать с существующей местной командой. В итоге у российского холдинга теперь есть в Узбекистане готовое юрлицо, лицензия платёжной организации и рабочая система корпоративного управления — база для запуска новых платёжных продуктов, денежных переводов и других финтех-сервисов.

Экономический обозреватель Тимурмалик Эльмурадов обращает внимание на другую сторону сделки: у Parapay почти нет продуктов, клиентов, оборота и сотрудников, но есть лицензия платёжной организации — а такие лицензии сейчас выдаются редко, что делает актив ценным. Всего в Узбекистане работает около 50 paytech-компаний, поэтому смена владельца даже у одной из них — заметное событие. Совпадение сделки с санкциями против «Платёжного Центра», по оценке Эльмурадова, скорее всего случайное, но новые обстоятельства могли подтолкнуть холдинг к более активному развитию бизнеса в Центральной Азии. Активы нового владельца Parapay Эльмурадов оценивает в 520 млн долларов; если за сделкой последуют реальные инвестиции и новые продукты, она может повлиять на весь платёжный рынок Узбекистана.

4. Инфраструктура и среда

Платные парковки в Ташкенте: аргументы «за»

Несколько изданий опубликовали идентичный материал с подборкой мнений в поддержку платных парковок в Ташкенте (Daryo, Podrobno) — от урбанистов Аркадия Гершмана и Искандара Солиева, архитектора Марии Султановой, заместителя хокима Ташкента Абдурахмона Бахтиева и генерального менеджера Poytaxt Parking Жахонгира Тошпулатова.

Общий аргумент экспертов: автомобилисты составляют лишь 21% населения Ташкента, но их машины занимают бесплатные общественные пространства в ущерб пешеходам, а бесплатной парковки не бывает — её строительство и обслуживание оплачиваются за счёт налогов всех горожан.

• По словам Гершмана, платный тариф решает две задачи: в краткой перспективе освобождает места от машин, которые стоят там неделями без дела, а в долгосрочной — делает поездку на личном авто менее выгодной, чем на общественном транспорте.
• Султанова настаивает: собранные деньги должны быть видимо возвращены в городскую инфраструктуру — новые автобусы, деревья, тротуары, — а без штрафов система не сработает: «иначе получится классическая узбекская модель: платят только воспитанные».
• Солиев объясняет нынешний хаос на улицах системным провалом городского управления после распада СССР, но признаёт: «пока же этот проект выглядит очень сырым, закрытым и непонятным», — и настаивает, что каждый квартал должен прозрачно видеть, куда идут собранные именно с его территории средства.
• Бахтиев утверждает, что операторы получают парковочные места через открытый конкурс и перечисляют платежи в бюджет города.
• Тошпулатов ссылается на опыт Москвы, где платные парковки сократили число машин, кружащих в поисках места, и обещает социальный эффект — освобождённые проезды для скорой помощи и пожарных.

Сама публикация заключает: эффективность системы будет зависеть от прозрачности расходования средств, развития общественного транспорта и удобства новой инфраструктуры.

Штраф за парковку в Ташкенте: критика

Хокимият Ташкента вынес на общественное обсуждение законопроект, предлагающий штрафовать водителей на 2 БРВ (824 тыс. сумов) за неоплату платной парковки. Инициатива обосновывается низким уровнем добровольной оплаты: из 15 тысяч ежедневных пользователей услуги оплачивают лишь 2–3%. Оператор проекта, ООО «Street Park Systems» («Poytaxt Parking»), фиксирует значительные финансовые трудности: компания заявляет об убытке свыше 60 млрд сумов за 2025 год и указывает, что не может физически взыскивать долги через стандартные гражданские иски.

Предложение вызвало резонанс и критику со стороны юристов, общественности (против проголосовали 1177 человек из 1347) и партии НДПУ, которая заявила: хокимият не имеет права законодательной инициативы для внесения поправок в Кодексы. Юристы указывают: неоплата коммерческой услуги — предпринимательский риск, регулируемый Гражданским кодексом, а предлагаемый штраф не только несоразмерен стоимости услуги (превышает её до 165 раз), но и нарушает правовую логику, превращая государственный Кодекс об административной ответственности в механизм по защите финансовых интересов отдельного коммерческого предприятия.

6. Общество и культура

Разводы в Узбекистане: миф о каждом четвёртом

Во втором квартале 2026 года в Узбекистане зарегистрировано 50 тысяч браков (-2,8% в годовом выражении) и 12,1 тысячи разводов (+2,2%). Отношение числа разводов к новым бракам составило 24,1% — отсюда популярный вывод о том, что в стране распадается каждый четвёртый брак.

Экономист Миркомил Холбоев объясняет, что этот вывод ошибочен методологически: показатель сравнивает текущие браки с разводами, которые стали результатом распада семей, созданных в предыдущие десятилетия. Для корректной оценки нужно использовать долю разводов по отношению к общей численности населения или к количеству замужних женщин. В международном сравнении — например, с Португалией, где на 100 браков приходится 51,4 развода — уровень разводимости в Узбекистане не вызывает серьёзных опасений.

В разрезе районов показатели куда экстремальнее: в Гулистане на 100 браков приходится 66,5 развода, в Яккасарайском районе — 52%, в Янгиере — 48,1%, в топ-40 районах — выше 30%. Холбоев объясняет это эффектом малого знаменателя: в этих регионах абсолютное число заключаемых браков невысоко, что математически завышает долю разводов при прямом сравнении.

---

Информационный дайджест Manzara: новости Узбекистана – только важное, полезное и интересное

Подписывайтесь на Telegram-канал дайджеста

Теги: Ташкент, парковки, ДТП, законодательство, тарифы, строительство, финтех, коррупция