После рекордно тёплого февраля с его двадцатиградусной жарой в Узбекистан пришли возвратные заморозки — по ночам температура падает до минус тринадцати. По утрам кажется, будто спишь в коптильне: кожа, одежда и квартиры пропитываются стойким запахом гари. У этого дыма есть причина — прямо сейчас фермеры ведут отчаянную борьбу за будущий урожай.

Чтобы спасти свой сад от мартовских морозов, Мухаммаджалил Тешабоев из кувинского кишлака Толмозор пошёл на крайние меры. Как он рассказал в репортаже Kun.uz, фермер продал домашний скот, чтобы на все вырученные деньги закупить рулоны прозрачной полиэтиленовой плёнки. Ей он полностью обмотал деревья на своих пяти гектарах, создав вокруг крон спасительные коконы («yopinchiq»).

Март-шарт

Весна в Узбекистане — самый непредсказуемый и короткий сезон. В народе не зря говорят «март-шарт», подчеркивая внезапность этого месяца. Аномально тёплые февральские дни часто провоцируют раннее пробуждение природы: миндаль, черешня и абрикос выпускают первые бутоны, а затем сталкиваются с резким похолоданием и падением температуры до -8–9 градусов. Для садовода это означает риск полной потери годового дохода — того самого tirikchilik, заработка, который кормит семью до следующего сезона.

Урюк менее стоек, чем миндаль или черешня: его почки и цветы гибнут от холода первыми. Чтобы противостоять морозу, дехкане используют методы, выработанные поколениями, и суровую импровизацию.

Навозный дым и паровые барьеры

По всему саду раскладывают кучи из сена и навоза, а иногда в ход идут старые автомобильные покрышки. Их поджигают так, чтобы они не горели открытым пламенем, а густо тлели. Образовавшийся плотный дым окутывает деревья, задерживая отдачу тепла от земли и защищая цветы от вымерзания. В сочетании с плёнкой это помогает удержать критически важную температуру вокруг кроны.

В равнинных садах, где есть доступ к воде, фермеры применяют метод затопления. Вода, испаряясь с поверхности земли, создаёт защитный паровой барьер, который смягчает удар морозного ветра. Однако этот способ недоступен на адырах — холмах, где воду взять неоткуда. Там садоводам остаётся полагаться только на дым и укрытие плёнкой.

Один на один со стихией

Цена этих усилий колоссальна. Несмотря на ночные бдения у костров, фермеры признают, что в лучшем случае удаётся отстоять лишь половину урожая — но бездействие привело бы к абсолютной потере. Из-за двух волн заморозков весной 2021 года страна потеряла от 60 до 80% урожая абрикоса и миндаля. Зимой 2023-го от морозов пострадали девять тысяч гектаров садов и четыре тысячи гектаров виноградников — 207 тысяч тонн продукции.

Долгие годы фермеры оставались с природными катаклизмами один на один. В 2025 году был принят закон о страховании сельскохозяйственных рисков, который должен запустить механизм финансовой защиты дехкан от стихийных бедствий. Но пока система только формируется, каждую весну в Узбекистане будут вспыхивать спасительные костры, а стволы цветущих деревьев — укутываться в плёнку.