«Узбекистан: Контекст» | 19 сентября 2025 года | Аналитический дайджест
На этой неделе тема борьбы с коррупцией в Узбекистане проявилась в двух измерениях. В официальном — парламент заслушал доклад о росте числа уголовных дел, где главными виновниками выглядят учителя и врачи. В реальном — журналистское расследование вскрыло предполагаемую республиканскую схему откатов на питании для детских садов, а реакцией государства на это стало показательное молчание.
Дайджест анализирует, почему «охота на мелкую рыбу» стала удобной имитацией борьбы с системной коррупцией, и что оглушительная тишина властей говорит о реальных правилах игры.
Глава 1. Коррупция: разница в фокусах
1.1. Официальный нарратив / Государственная политика
В конце июля президент Шавкат Мирзиёев провел совещание, на котором был поставлен жесткий диагноз:
75% всех коррупционных случаев в стране приходится на бытовую коррупцию на уровне городов и районов.
Глава государства прямо указал на главные очаги проблемы — хокимияты, банки, кадастровые и налоговые службы — и признал, что «бюрократия и коррупционные лазейки полностью не устранены». Ключевой стала критика в адрес 43 контролирующих органов, в которых, по словам президента, было допущено свыше 15 тысяч правонарушений. Поручение Генеральному прокурору было сформулировано предельно четко: перейти от борьбы с последствиями к устранению причин, разработать систему предупреждения нарушений и повысить эффективность контроля.
Таким образом, на высшем политическом уровне была задана вполне определенная рамка: фокус — на искоренении низовой, «бытовой» коррупции и наведении порядка в контролирующих ведомствах.
1.2. Экспертный диагноз: Коррупция как система, а не ошибка
В отличие от официальной риторики, фокусирующейся на «бытовых» проявлениях, независимые эксперты диагностируют коррупцию в Узбекистане как фундаментальное свойство самой экономической и управленческой модели. В их оценках, государство зачастую не столько борется с коррупцией, сколько само создает для нее питательную среду через избыточное вмешательство, создание искусственных монополий и саботаж ключевых антикоррупционных реформ.
- «Экономика для своих»: Экономист Юлий Юсупов характеризует действующую систему как порочный цикл «Произвол – Коррупция – Неэффективность». По его мнению, чиновники искусственно создают «блатных» игроков, которым предоставляются льготы и монопольные права. Такая модель, по его словам, является первопричиной бедности страны и создает «сотни и тысячи коррупционно-монопольных кормушек», интегрированных в аппарат госуправления (см. дайджест за 15.08.2025).
- Институциональная слабость и безнаказанность: Ключевая проблема, по мнению экспертов и международных агентств (в частности, Fitch Ratings), — это низкое качество госуправления и отсутствие у чиновников страха перед наказанием. Законы, действующие для рядовых граждан, не всегда применяются к элите, что приводит к девальвации права и является ярким показателем изъянов в управлении (см. дайджест за 27.06.2025).
- Саботаж системных реформ: Экономист Отабек Бакиров и другие аналитики регулярно указывают на восьмилетнюю задержку с принятием закона о декларировании доходов и расходов госслужащих. Этот саботаж ключевой антикоррупционной меры рассматривается как самый яркий индикатор нежелания системы меняться и вводить реальные, а не декларативные, механизмы контроля.
“95% коррупции в Узбекистане — это прямой результат нереформированной, по сути советской, системы госуправления и тотального вмешательства чиновников в экономику”,
– Юлий Юсупов.
Глава 2. Имитация исполнения: Парламентский отчет как «охота на мелкую рыбу»
На минувшей неделе в фокусе внимания парламента оказался Национальный доклад о противодействии коррупции за 2024 год. Официальные цифры, представленные главой Антикоррупционного агентства Акмалем Бурхановым, зафиксировали рост: число коррупционных преступлений увеличилось на 12,5% (до 7354), а нанесенный государству ущерб вырос вдвое, достигнув 2,8 трлн сумов. Статистика также выявила «лидеров»: Андижанская область вновь на первом месте и по числу преступлений, и по сумме ущерба (680 млрд сумов).
Доклад формирует вполне определенный нарратив: государство усиливает борьбу, выявляя все больше нарушений, а основными очагами коррупции являются сферы образования и здравоохранения, где число осужденных резко выросло. Однако Отабек Бакиров указал, что в ходе слушаний не были затронуты ключевые источники системной коррупции: практика принятия закрытых решений правительством, скрытые льготы для бизнеса и восьмилетняя задержка с внедрением системы декларирования доходов чиновников. Он также отметил парадоксальную статистику: на фоне роста числа осужденных учителей и врачей, количество приговоров в отношении сотрудников банков и хокимиятов значительно сократилось.
Таким образом, официальная картина борьбы с коррупцией выглядит как прямое исполнение президентского поручения в его самой примитивной и искаженной трактовке: вместо системной работы по устранению причин — показательная кампания против «стрелочников» на низовом уровне, оставляющая в тени фундаментальные проблемы.
Глава 3. Реальность «экономики откатов»: Расследование Kun.uz
На фоне этих макропоказателей, журналистское расследование издания Kun.uz вскрыло конкретный механизм предполагаемой системной коррупции. Речь идет о системе аутсорсинга питания для государственных детских садов. Предприниматель, проигравший тендер, предоставил редакции 57-минутную аудиозапись, на которой, как утверждается, представитель компании-победителя раскрывает детали общереспубликанской схемы.
Согласно аудиозаписи, для победы в тендере необходимо заплатить 22% «отката» «наверх» в Ташкент. Чтобы покрыть эти коррупционные издержки, компания-победитель, по словам собеседника на записи, вынуждена будет экономить на детях: поставлять более дешевое мясо и сокращать норму закладки продуктов.
Сама природа описанной схемы — с единой ставкой «отката» и централизованным распределением — предполагает наличие системных сбоев в механизмах контроля на всех уровнях, от проведения тендеров до надзора за исполнением контрактов в ведомствах, ответственных за распределение бюджетных средств.
Глава 4. Реакция
4.1. Общество: от шока до запроса на правосудие
Расследование вызвало волну негодования в сети. Реакция общества четко разделилась на два направления: эмоциональное неприятие и прямой запрос на правосудие.
- Моральная оценка: Журналистка Дилроз Абраева эмоционально отреагировала на новость, заявив, что чиновники «едят еду из тарелки ребенка». Ее коллега Дилшода Шомирзаева (автор расследования) раскритиковала профильные ведомства за «погружение в тишину» и отсутствие официальной реакции. Эксперт по образованию Комил Джалилов, комментируя ситуацию, задался риторическим вопросом: «Когда мы станем нормальным государством?».
- Правовая оценка: На фоне молчания чиновников, в экспертном сообществе прозвучал четкий запрос на правовую реакцию. Правовой аналитик Жавоншер Рустамов заявил, что изложенные в материале факты дают достаточные основания для возбуждения уголовного дела по статьям о нарушении правил тендера, взяточничестве (ст. 210 УК), хищении и злоупотреблении должностными полномочиями (ст. 205 УК). Он прямо призвал Генеральную прокуратуру и Антикоррупционное агентство незамедлительно начать доследственную проверку.
4.2. Государство: оглушительная тишина
На момент публикации дайджеста ни одно из профильных ведомств — ни Министерство дошкольного и школьного образования, ни Антикоррупционное агентство, ни Генеральная прокуратура — не выступило с официальным заявлением по поводу фактов, изложенных в расследовании. Отсутствие реакции стало самостоятельным информационным поводом, который общественность расценила как нежелание системы расследовать токсичные для нее обвинения.
Выводы: Молчание как политика
Контраст между официальной повесткой и реальностью вскрывает не просто неэффективность, а осознанную подмену понятий. Вместо системной борьбы с коррупцией, которая требует политической воли для принятия законов о декларировании доходов, государство предлагает обществу медийную кампанию по «охоте на мелкую рыбу».
Но самым громким вердиктом системе стало ее показательное молчание. Ни резонансное расследование о питании в детских садах, ни публичные заявления застройщиков о поборах в $200 000 не привели к началу официальных проверок (см. дайджест за 05.09.2025). Эта тишина — не недоработка, а осознанный политический сигнал. Он демонстрирует реальные «правила игры»: система готова показательно наказывать «стрелочников» за бытовые взятки, но не позволит трогать основы «экономики откатов».
Таким образом, борьба с коррупцией в ее нынешнем виде сама превращается в симуляцию, которая не решает проблему, а лишь консервирует ее, подрывая доверие к государственным институтам гораздо сильнее, чем отдельные случаи взяточничества.
Поделитесь мнением