Узбекистан — третья страна в мире по производству шелка после Китая и Индии. Однако, как отмечают в материале агентства «Анадолу» Bahtiyar Abdülkerimov и Marina Mussa, за этими впечатляющими цифрами и экспортом в $100 млн стоит кропотливый труд тысяч женщин. Каждую весну они превращают свои дома в небольшие фермы по выращиванию тутового шелкопряда. Для многих семей, особенно в сельской местности, это становится важным источником сезонного дохода.

От грены до кокона: 35 дней труда и заботы

Процесс, известный как «пиллакашлик», длится 30–35 дней, обычно с апреля по июнь, в самое благоприятное по климату время. Как правило, координацией занимаются районные отделы сельского хозяйства, которые и распределяют между семьями-участницами коробки с греной — крошечными яйцами шелкопряда.

Для гусениц выделяют свободные комнаты в доме, сараи или хозяйственные постройки. Их рацион состоит исключительно из листьев тутового дерева (шелковицы). В первые дни жизни личинок листья мелко нарезают, а по мере их роста начинают давать цельные листья и даже ветки. Одна коробка шелкопряда за цикл своего развития съедает не менее 500 кг листьев, что требует от хозяев значительных усилий по заготовке корма.

Как говорит одна из разводчиц, Лола Полатходжаева, «шелкопряд ест без остановки, и мы тоже работаем без остановки».

За это время гусеница четыре раза впадает в своего рода «сон» — линяет, чтобы дальше расти. Завершив период кормления, гусеницы инстинктивно ищут место для окукливания и перебираются в заранее подготовленные для них связки сухих растений. Там за 3–4 дня они и сплетают вокруг себя драгоценный кокон.

Экономика

Выращивание шелкопряда — это не просто домашний промысел, а отлаженная экономическая модель. По данным администрации Чиназского района Ташкентской области, в этом сезоне в районе было распределено 3025 коробок шелкопряда. С каждой коробки планируется получить около 60 кг коконов, что в сумме составит примерно 182 тонны сырья.

Только в одном этом районе шелководство дает сезонный заработок более чем 3500 домохозяйкам. Если учесть тех, кто помогает в сборе и доставке тутовых веток, то число людей, получающих доход, возрастает до 9000 человек. Средняя прибыль с одной коробки за месячный цикл работы может составлять от $200 до $250.

… и социальные связи

Однако значение шелководства не исчерпывается только экономикой. Сбор урожая коконов часто превращается в коллективное событие, схожее с традицией «хашара». Семьи приглашают соседей и родственников на помощь. Совместная работа сопровождается общением и общим застольем, что способствует укреплению социальных связей внутри махалли.

Для многих, как и для Лолы Полатходжаевой, это еще и семейная традиция, передающаяся из поколения в поколение. Несмотря на всю трудоемкость, процесс вызывает живой интерес.

«Наблюдать, как крошечные яички, похожие на песчинки, превращаются в живых существ, а затем в драгоценный кокон — это настоящее волшебство», — делится она.

В итоге шелководство в современном Узбекистане — это гораздо больше, чем просто отрасль сельского хозяйства. Это важный сезонный доход, позволяющий женщинам зарабатывать, не покидая дома. И в то же время — это кропотливый труд, который объединяет семьи и соседей в старой традиции «хашара». Это живая традиция с глубокими историческими корнями, но вполне современным экономическим содержанием.

В 2022 году, по инициативе Узбекистана, шелководство и традиционное шелкоткачество включено в Репрезентативный список нематериального культурного наследия человечества ЮНЕСКО.