Вуадиль (Ферганский район)

Ранним утром третьего дня экспедиции мы отправились в самую живописную, романтическую и легендарную часть Ферганской области – в горный поселок на берегу Шахимардансая с поэтичным названием Вуадиль.

Небольшая справка

Административный центр Ферганского района — поселок городского типа Вуадиль — находится в 24 км от города Ферганы в начале Шахимарданского ущелья у подножия Алайского хребта на высоте 930 метров над уровнем моря. Это самый южный населенный пункт материкового Узбекистана в Ферганской долине, южнее расположены только эксклавы Шахимардан и Сох, полностью окруженные территорией Кыргызстана.

«С возвышенности близлежащих гор открывается прекрасный вид на селение и взор с удовольствием останавливается на яркой зелени садов и красивых струйках голубого дыма, поднимающегося между деревьями. Прекрасная чистая вода, отсутствие болот, обилие садов привлекает сюда городскую публику, которая стремится отдохнуть от сутолоки, а близость этого селения делает переезды не обременительными. Арба стоит в один конец от 2 руб. до 2 р. 50 коп.»,

сообщалось в ежегоднике Ферганского областного статистического комитета за 1903 год (жаль, что современные отчеты Госкомстата не имеют такой же литературной ценности).

На узбекском языке Вуадиль пишется, как Vodil, и произносится с небольшим удлинением второго гласного ударного звука Во-одил’. Согласно вышеупомянутому официальному источнику, это название переводится, как «открытое сердце» (с фарси «во» — открытый, «дил» — сердце) и «символизирует ту жизненную влагу, которая вырываясь из ущелья, орошает тысячи десятин земли».

Вода в Шахимардансае ледяная и чистая, как в детских сказках — молочные реки и кисельные берега.

Эта благодатная земля относится к числу древнейших территорий, заселенных доисторическими людьми. Так, найденные недалеко отсюда в сохской пещере Сель-Унгур останки идентифицированы, как принадлежавшие одной из архаичных форм человека прямоходящего — ферганатропу, жившему здесь 1,5 млн лет назад. В самом Вуадиле еще в начале XX-го века было много холмов, напоминавших древние зороастрийские башни молчания. Есть более поздние свидетельства о проживании здесь кочевых племён, практиковавших шаманизм.

Обо всём вышеизложенном я прочитал уже в Ташкенте по возвращении из Ферганской области, но энергетику этого непростого места отлично прочувствовал будучи там или даже еще раньше — по пути туда.

Единственное, что я знал о Вуадиле до приезда в посёлок, это то, что здесь, по сценарию известного музыкального фильма, снятого в 1984 году, жила та самая невеста Асаль, роль которой сыграла дочь Батыра Закирова — Рано, а песни спела его племянница — Наргиз. Незамысловатый и наивный сюжет мелодрамы уже мало кто помнит, однако песни к нему записаны на подкорке у каждого нынешнего узбекистанца и даже бывшего.


Дорога в Вуадиль и его окрестности

Из Ферганы в Вуадиль ведёт прямая дорога в отличном состоянии. Ощущается плавный подъем и возвышение. С обоих сторон частные одно- и двухэтажные дома за журчащими прозрачными арыками. Солнце только поднимается из-за густо высаженных высоких тополей, а тротуары перед жилищами уже подметены и политы.

У разнообразных ворот и дверей поменьше в тени ухоженных виноградников почти везде стоят аккуратные скамейки, застеленные новенькими яркими и пёстрыми курпачами нереальной толщины. В Ташкенте такие берегутся для самых-пресамых уважаемых и авторитетных гостей, а в окрестностях Вуадиля расстилаются для всех уставших прохожих путников и паломников. Испокон веков местные жители верят в то, что у людей, совершивших зиёрат по сакральным местам (кадамжой), очищается карма и открываются пути, а их дуа (молитва), произнесенная в честь внимательных и заботливых хозяев дома со скамейкой, безусловно будет услышана Всевышним.

По этой же старой традиции, как символ гостеприимства, почти все двери радушно приоткрыты.

Чистота на улице такая, что житель единственного в Узбекистане города-миллионника зажмуривается и щиплет себя за руку. И ведь нигде вокруг не видно армии ободонлаштириш (благоустройства) в оранжевых жилетах.

От этой идиллии появляется ощущение какой-то эйфории — всеобъемлющего чувства беспредельного счастья.

«Зачастую мы идем по жизненному пути так, будто собираемся жить вечно. Живем, словно пишем черновик школьного сочинения, надеясь, что где-то там, впереди, нас ждет другая лучшая жизнь. В суете будней порой не замечаем и не ценим все то прекрасное, что имеем сегодня. Ценим ли мы свободу выбора — где нам жить? Ценим ли возможность выбора — какому делу посвятить себя? Как мы относимся к своему здоровью? Может быть, пришло время остановиться и задуматься — так ли я живу?»,

Дмитрий Пославский.

Люблю путешествовать, в таких поездках происходит сбой закостеневшей в буднях привычной матрицы и в жизни появляется больше осознанности в отношении к себе, городу и миру.

Пограничное состояние

Между тем, желая рассмотреть как можно больше окрестностей Вуадиля и полагаясь на google-навигатор, мы едва не проехали мимо хлипкого и неприметного самодельного знака, на котором на узбекском языке неровным кириллическим шрифтом нанесено: «СТОЙ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ГРАНИЦА».

Мы сначала решили, что это чей-то глупый розыгрыш, но всё же не стали рисковать и вернулись до первого встречного человека, который подтвердил, что нужно ехать в объезд.

Вот так изрезана граница Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана в Ферганской долине. Помимо причудливо растасованных анклавов-эксклавов, местами территория одного государства сильно вдаётся в другое.

По всей видимости, мы упёрлись в такой участок, напоминающий профиль мистера Монтгомери Бёрнса из Симпсонов, и, свободно катаясь по родной стране, по счастливому совпадению чуть не оказались в другой, чем могли бы нарушить уголовный кодекс, не имея на то никакого умысла. Но это еще не так страшно, если вспомнить, что еще недавно Узбекистан имел обыкновение минировать по собственному разумению рубежи без делимитации и соответствующей демаркации. Мы отделались лёгким испугом, а сколько заплутавших пастухов или мирных жителей получили более тяжкие или даже летальные последствия…

Всё-таки режим в приграничье должен быть более явным и исключать его неумышленное нарушение по невнимательности, незнанию языка или неумению читать.

Узбекско-кыргызские пункты пропуска «Вуадиль-Кадамжай» востребованы гражданами обоих государств. В частности, через них осуществляется наземное сообщение с эксклавом Шахимардан, где расположены курортные зоны отдыха и место паломничества «Хазрат Али».

Вероятно, что по причине этого пограничного состояния жители Вуадиля показались нам внутренне мобилизованными и дисциплинированными, возможно, это постоянная тревога или опасность делает их собранней и включеннее. Каждый прохожий, у которого мы уточняли дорогу до той или иной достопримечательности, первым делом показывал направление, куда не стоит соваться:

— Вот туда не езжайте, потому что там уже граница и кыргызские солдаты могут вас просто задержать и увести на свою территорию. А то, что вы ищите, находится вон там.

Еще более необычной показалась сверхинтеллигентная манера общения местных жителей. В Ферганской долине вообще много, где принято обращение на «вы». Например, в Андижанской области родители «выкают» даже своим детям. Но Вуадиль удивил тем, что пожилые люди, несмотря на то, что я очевидно моложе, называли меня «акя» (почтительное обращение к старшим).

Вуадиль — «открытое сердце»

Мемориальный комплекс, расположенный в месте раздвоения (бифуркации) русла Шахимардансая, представляет собой неповторимый микс из прежней революционной, поздней советской и нынешней идеологической стилистики: на переднем плане коленопреклоненный солдат, целующий государственный флаг Узбекистана, находящийся не перед ним, а за спиной, что противоречит самому воинскому ритуалу. Позади основного монумента на стене барельеф, воспевающий мирную жизнь.

В правой части мемориала несколько мраморных плит с перечислением фамилий вуадильцев, павших во время Великой Отечественной войны.

Скорее всего, первоначально эта площадь была посвящена победе над лютовавшим в этих местах басмаческим движением, потом дополнена темой ВОВ, в конце афганской военной кампании — увековечением памяти земляков, погибших, как было принято говорить, при исполнении интернационального долга.

Похоже, что позже комплекс пытались приспособить к новым идеологическим требованиям и сделать из него нечто «площади Памяти» («Хотира майдони»), скопировав несуразный монумент «Клятва Родине» у музея Вооруженных Сил в Ташкенте.

В поисках верхней точки, удобной для панорамного обозрения всего посёлка, по совету пожилого мужчины, отдыхавшего на скамейке у воинского мемориала, мы проехали через расположенную на склоне махаллю и поднялись к какому-то почитаемому месту.

На самой возвышенности мы не встретили ни души, так же как не обнаружили никаких информационных указателей о мавзолее. Но вид отсюда действительно открылся чудесный.

Спустившись после этого в центр посёлка мы заглянули в парк «Chinor tagi» («Под чинарой»), расположенный прямо вдоль основной автотрассы из Ферганы.

Здесь растёт одна из главных достопримечательностей Вуадиля — древняя чинара. Считается, что ей 800 лет. По местной легенде, то ли под ней отдыхал сам Александр Македонский, то ли он её и посадил, но тогда её возраст должен был бы достигать 2350 лет, ведь царь Македонии жил в 356-323 гг. ещё до нашей эры.

Тем не менее, чинара действительно очень древняя и притягивает паломников, следующих в Шахимардан и возвращающихся оттуда с зиёрата.

«Вероятно, что инстинктивные культы почитания обособленных, сильных точек ландшафта — причудливых скал и камней, ущелий и перевалов, родников, рек и озер, водопадов и гротов, отдельно стоящих деревьев, были наиболее ранней формой религии или даже самим фундаментом первобытной религиозности. Поскольку власть места над человеком, способность особых структур пространства изменять состояния человеческого сознания — это одно из чудес мира, с которым каждый обязательно сталкивается в своей жизни»,

— Андрей Кудряшов, Как в Ферганской долине появился зять Пророка.

В вуадильской чинаре когда-то располагалась небольшая лавка.

Говорят, что все имеющиеся в парке несколько сотен восточных платанов, многим из которых больше века, произрастают из корней той легендарной чинары, которая сегодня, судя по табличке, охраняется государством.

Читайте также: Культ чинары

Рядом с ней, в небольшом старом здании функционирует общественный музей истории Ферганского района. Его основатель, собиратель и смотритель в одном лице рассказал, что занимается им уже на протяжении 17 лет. Кроме портретов и биографий выдающихся земляков, экспозиция музея содержит множество предметов местного быта, некоторые из них действительно уникальны. Коллекция пополняется на добровольных началах, интересные находки приносят жители Вуадиля и окрестных населенных пунктов.

За древней чинарой расположен мавзолей Хужа Ахмада Вали, сына одного из лидеров суфийского ордена накшбандия Мухаммада Вали. Известно, что Ахмад Вали родился в 1701 году в Бухаре, был исламским проповедником. Основную часть жизни он провёл в кишлаке Шаханд (Туракурганский район Наманганской области), где пользовался высоким уважением и имел множество последователей. По преданию, однажды он с группой своих мюридов возвращался из Шахимардана и остановился отдохнуть под чинарой. Во сне ему явился старец, который приказал оставаться в Вуадиле и быть помощником Хазрата Али. Так мудрец и поступил, прожив здесь остаток жизни и обретя вечное пристанище под древней чинарой, чем увековечил своё имя, ведь его могила стала одним из обязательных пунктов для зиёрата на пути к высокопочитаемой шахимарданской святыне. Мавзолей Хужа Ахмада Вали был разрушен в 1953 году и вновь восстановлен на средства меценатов в 1992-1994 гг.

Ещё одной исторической достопримечательностью является Камень Дружбы, заложенный в парке главами всех шести областей Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана, ныне составляющих Ферганскую долину: Андижанской, Джалалабадской, Наманганской, Согдийской, Ошской и Ферганской. Это обстоятельство стало поводом, чтобы называть Вуадиль — столицей Ферганской долины.

Памятная табличка на камне гласит, что случилось это 6 июня в далёком 1992 году, на первом году независимости бывших братских республик СССР. С тех пор в Шахимардансае утекло много воды, и какие только драматические события не произошли между соседями за это время.

Но камень стоит, хоть и поистерлась надпись на нём, и это вселяет надежду на то, что светлая страница добрых отношений ещё возможна.

Эту надежду, в частности, подпитывает то, что состоявшийся в этом парке в июне этого года праздник национальной борьбы кураш вновь собрал в одном турнире три сотни узбекских, кыргызских и таджикских спортсменов.

Тогда же руководители Ферганской и Баткенской областей совместно открыли туристический сезон в Шахимардане.

Пусть же будут трёхсторонние связи крепкими как камень, такими же плодовитыми и долговечными, как вуадильская чинара.

В августе 2021 года пресс-служба хокимията Ферганской области сообщила о том, что областной хоким в ходе осмотра парка «Чинор таги» раскритиковал его полузаброшенное состояние, устаревшие качели и карусели, низкий уровень и качество оказываемых услуг, дал поручение провести его капитальную реконструкцию до начала нового туристического сезона в 2022 году.

Надеюсь, что этот исторический парк под тысячелетней чинарой не постигнет печальная участь ташкентских парков, закрытых уже несколько лет на реконструкцию без полива и необходимого ухода за деревьями, или открытых, но откровенно загубленных коммерциализацией и варварским отношением к их экологии.

В какой-то момент в парк хлынула река из мужчин разных возрастов — оказалось, что на улице, примыкающей к парку с другой стороны, функционирует главная пятничная джума-мечеть Вуадиля, которая тоже носит имя Хужа Ахмада Вали.

После завершения полуденного пешин-намаза пожилые аксакалы небольшими компаниями стали занимать топчаны для размеренного обеда в парковой чайхане, после которого здесь же в тени раскидистых платанов можно и вздремнуть.

Я вышел из парка на встречу людскому потоку.

Мужчины среднего возраста спешили домой, покупая гостинцы домашним — сладости, семечки, арбузы и дыни.

Моё внимание привлёк сильный сладковатый запах благовоний — несколько парней окружили прилавок, за которым вуадильский парфюмер разливал во флаконы мусульманский аналог духов на масляной основе — мушкамбар.

Вуадиль — аутентичный традиционный город-кишлак в самом позитивном смысле. Несмотря на явно осязаемую здесь глубину веков или даже тысячелетий традиционного патриархального уклада, в посёлке ощущается энергия жизни, которую ещё в 1904 году так литературно описывал неизвестный составитель статистического ежегодника.

С таким философским, но приподнятым настроением, мы отправляемся дальше — в кишлак Авваль, где расположено ещё одно благодатное местечко — «Етти булак» («Семь родников»).


Другие эпизоды экспедиции в Ферганскую область:

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s